Челябинский облсуд начал рассматривать дело об убийстве журналиста из Кургана

Громкое дело об убийстве курганского журналиста начал рассматривать Челябинский областной суд. Владимир Кирсанов писал о коррупции и проблемах в экономике, критиковал региональные власти, а в начале 2000-х пропал без вести по дороге на работу. На связь с родными он так и не выходил, тело не нашли — только лужу крови в гараже. Семья, кажется, потеряла всякую надежду, пока в 2020-х расследование не возобновилось. В деле появились сразу двое обвиняемых — бывший спортсмен и адвокат. По версии следствия, они забили журналиста металлической дубиной и сделали все, чтобы запутать следствие. Чтобы избежать конфликта интересов, на рассмотрение материалы передали в Челябинск, причем суду присяжных. На старте процесса один из обвиняемых заявил на допросе, что журналист… жив. Подробности — в материале 74.RU. Кто такой Владимир Кирсанов Журналисту Владимиру Кирсанову было 30 лет, когда он пропал. В родном Кургане к тому моменту он уже был известен. Начинал в городской газете, писал об экономике, коррупции, критиковал областные власти, потом активно включился в работу на выборах губернатора 2000 года. «Володе предложили организовать свою газету „Абзац“ перед выборами губернатора, — рассказала об этом супруга журналиста Лариса Чертова. — Газета носила чисто рекламно-пропагандистский характер, продвигая интересы одного из кандидатов — Багрецова. Он был директором завода, главным оппонентом Олега Алексеевича Богомолова, тогдашнего губернатора. В итоге этого кандидата неплохо разрекламировали, у него во втором туре было 44% голосов, а действующий губернатор набрал чуть больше 50%. То есть борьба была интересная, и, говорят, не без помощи Володиных статей». Выборы в 2000 году Богомолов выиграл, Курганскую область он возглавлял 17 лет. Но критиковать губернатора и его команду журналист Кирсанов продолжил и после окончания кампании. «После того, как выборы закончились, этой же стороной — Багрецовым и его свитой — Володе было предложено заняться газетой, которую назвали „Курганские вести“, и возглавить пресс-центр, — вспомнила супруга журналиста. — Он всегда был идеалистом. Его интересовала возможность рассказать всю правду о действиях областной администрации. И некоторые статьи раскрывали тему коррупции в областной администрации». Остроту публикаций Кирсанова сложно было игнорировать. В конце 2000 года журналиста, по словам жены, предупредили, что его телефон прослушивается и вообще ему стоит быть «осторожнее в своих статьях». «Что касается угроз… Конкретно никто не говорил, откуда, но можно было догадаться, что речь идет о некоторых представителях областной администрации», — рассказала Лариса Чертова. В мае 2001 года, перед самым исчезновением, Кирсанов снова работал над громкой темой. «16 числа мы приехали с дачи, и он мне показывал какую-то папку. Содержимого я не знаю. Володя сказал: „Грядет большая война, если я это опубликую“. Я его спросила: „У тебя есть хорошая доказательная база?“ Он ответил: „Надо что-то делать, надо что-то начинать. Я подумаю“, — вспомнила жена журналиста. — Дело в том, что Владимир делился содержанием статей, когда они уже были у него сформированы. А в процессе подготовки материала мы друг другу не мешали. Он сидел в одной комнате — работал, я в другой. Потом вышел, сказал: „Ты знаешь, что-то не получается. Надо еще все продумать и изучить“. И после этого сел за компьютерную игрушку, полтора часа играл». Пропал по дороге на работу Пропал Владимир Кирсанов 17 мая 2001 года. В то утро, по словам жены, он ушел из дома чуть позже обычного — в половине одиннадцатого, планировал ехать на работу. Лариса Чертова проводила мужа, поцеловав на выходе, а сама поначалу оставалась дома, занималась хозяйственными делами. «Через час я увидела, что он оставил свой телефон (у него был тогда телефон мобильный), — рассказала супруга. — Я позвонила по этому телефону его секретарше на предмет того, что, когда он появится на работе, пусть она ему передаст, что телефон остался дома. Это редко бывает, и [я подумала, что] он в обед заедет за ним». К двум часам дня Ларисе Чертовой нужно было быть в Курганском университете, где она преподавала политологию. Мужа она в тот день больше не видела. А, вернувшись домой к вечеру, почувствовала неладное — в одном из замков изнутри почему-то был вставлен ключ (перед ее уходом такого не было), при этом дома никого не оказалось. «Я немного насторожилась, потому что Владимир в этот день обещал прийти намного позже. Они готовились ко дню рождения их шефа, — рассказала супруга журналиста. — Внешне никакого беспорядка не было, когда начала присматриваться, увидела — книги были не в том порядке, как обычно. Потом посмотрела на свои сбережения, из трех тысяч осталось 300 рублей, исчезло все золото. Это, конечно, меня взволновало. Увидела, что телефон как был на столе, так и остался. То есть Володя, по-видимому, не приезжал. Я позвонила секретарше, попросила Володю: „У нас кража произошла, я даже не знаю, что делать“, она ответила: „Его нет“. Она не сказала, что его и не было, сказала так, как будто его прямо сейчас нет. И я не особо обратила внимание на ее слова. В общем, мы с ней договорились, что я вызываю наряд милиции и оформляю кражу». Милиционеров Лариса дождалась примерно через два часа, рассказала о пропаже вещей. За мужа на тот момент еще не беспокоилось, было около 20 часов. А вот к 23-м поняла: супруг подозрительно задерживается и на связь не выходит. «Я поняла, что что-то произошло, — призналась супруга. — Я боялась, что кто-то воспользуется ключами Володи и откроет нашу квартиру, не ложилась спать. Звонила везде, где можно, — и в больницы, и в морги. Побоялась пойти в гараж, [где стояла его машина], потому что на улице была ночь. Утром позвонила его брату, сообщила, что Владимир не возвращался с работы». Кровь в гараже и годы поисков Вскоре в квартиру Кирсанова приехали его старший брат и руководитель службы безопасности завода, финансировавшего выпуск газеты. Вместе с Ларисой они дошли до гаража, где Владимир оставлял машину. Ничего подозрительного они тогда не заметили. И лишь при повторном визите, спустя несколько дней, нашли кровь. «21 числа — это было при мне — коврик подняли и обнаружили следы крови, достаточно большое количество», — вспомнила супруга. Машину Кирсанова обнаружили возле офиса в центре Кургана. Она была припаркована на обычном месте, но выглядела несколько непривычно. «Владимир не отличался аккуратностью по поводу машины, она была в пыли, но с дверей пыль очень аккуратно была стерта, — рассказала Лариса Чертова. — И мы подумали, что кто-то без Володи в этой машине был. А еще зеркало было отрегулировано как будто под другого человека». Владимира Кирсанова вскоре объявили в розыск, но никаких следов найти не удавалось. В базах данных МВД журналист по-прежнему числится как пропавший без вести. Лариса Чертова уверена — мужа давно нет в живых. Версия следствия Уголовное дело об убийстве возбудили еще в 2001 году, через несколько дней после исчезновения журналиста. За эти годы расследование то приостанавливали, то возобновляли. А в конце 2022 года СМИ облетела новость: установлены причастные к преступлению. По версии следствия, в убийстве участвовали четыре человека. Двое из них уже умерли, еще двоих — Александра Штингера и Ивана Курпишева — задержали. По версии следствия, идея убийства журналиста принадлежала представителю курганских криминальных структур, который сотрудничал с областными властями и хотел остановить изобличающие статьи Кирсанова. Решить вопрос, согласно обвинению, он предложил одному из знакомых за 800 тысяч рублей, а тот нанял для убийства журналиста спортсмена Курпишева и адвоката Штингера. В течение нескольких месяцев, примерно с января, исполнители следили за сотрудником газеты «Курганские вести» — мониторили перемещения по городу и распорядок дня, а на утро 17 мая было запланировано убийство. «Курпишев и Штингер прибыли к гаражу, где находился Кирсанов. После чего Курпишев проследовал внутрь, а Штингер наблюдал за обстановкой, чтобы предупредить о появлении возможных свидетелей, — сообщил в суде гособвинитель. — Далее Курпишев, обладающий профессиональной физической подготовкой, нанес журналисту не менее двух ударов кулаком в лицо, а также не менее двух ударов по голове металлической дубинкой, находящейся у него. От полученных повреждений и обильной кровопотери Кирсанов скончался на месте». После этого, как полагает следствие, сообщники прикрыли дверь в гараж, обыскали помещение и машину журналиста. Они нашли папку с рабочими документами Кирсанова. Следы крови на полу, по версии следствия, прикрыли резиновыми ковриками, а тело погрузили в багажник машины Курпишева и вывезли. Документы, найденные у журналиста, передали заказчику из криминалитета, а взамен получили обещанные за заказ 800 тысяч рублей. Чтобы запутать следствие, автомобиль журналиста отогнали к редакции. «В рамках предварительного следствия было проведено более 100 судебных экспертиз, в качестве свидетелей допрошены более 300 человек, правоохранителям пришлось проанализировать и проверить не одну комбинацию причастных к исчезновению журналиста лиц, прежде чем удалось воссоздать картину произошедшего и задержать лиц, непосредственного совершивших убийство, — сообщили в СК. — В 2021 году экспертами на чехлах сидений автомобиля потерпевшего были обнаружены биологические следы фигурантов». Курпишев после расправы над журналистом, как полагает следствие, завоевал расположение заказчика, а затем еще дважды привлекался к заказным убийствам. Второй его жертвой, согласно материалам дела, стал родственник предпринимателя, требовавшего от знакомого оплату долга. Третьим убитым, по которому предъявлено обвинение, оказался житель Кургана, которого конкуренты подозревали в крышевании бизнеса и хотели отстранить от дел. Версия защиты Обвиняемый в трех убийствах и бандитизме Иван Курпишев вину отрицает. По его словам, ни с журналистом Кирсановым, ни с двумя другими жертвами он не был знаком. Об исчезновении редактора «Курганских вестей», говорит, слышал еще в начале 2000-х, но значения не придавал. С супругой Кирсанова, Ларисой Чертовой, знаком был ранее, она преподавала у него в университете, но ее личной жизнью не интересовался. Да и второго подсудимого Александра Штингера, заявил Курпишев, он в 2001 году даже не знал. «Со вторым фигурантом, Штингером, я познакомился в 2004 году, — сообщил на допросе в суде Иван Курпишев. — Когда он был директором оружейного магазина и адвокатом по разным финансовым делам. Я его на коммерческой основе нанимал». Подсудимый заверил, что в день исчезновения журналиста находился в разъездах, и это могут подтвердить свидетели. «С утра я встречался с адвокатом Бураковым, который был моим защитником по контракту. Мы ездили с ним в областную прокуратуру, получали совместно документы, — рассказал в суде Иван Курпишев. — Эти документы есть в материалах дела. После этого я, созвонившись с двумя знакомыми, с которыми ранее работал в налоговой полиции, на своем автомобиле Land Cruiser 80 проследовал к месту жительства одного [знакомого] и второго, забрал их. И мы вместе проследовали для получения документов в Кетовский районный суд, где при секретаре документы получили. Эти документы тоже есть в материалах дела. Таким образом, первую половину дня и до 3-4 часов дня все, чем я занимался в присутствии других людей, подтверждено следствием». В тот момент, в мае 2001 года, объяснил Курпишев, у него было несколько должностей, потому и проводил много времени в дороге. «Я был арбитражным управляющим, директором частного охранного предприятия и генеральным директором строительной фирмы», — перечислил подсудимый. Защита настаивает: к убийству журналиста он не имеет отношения, да и сам Владимир Кирсанов… может быть жив. «Нам предстоит доказать, что мой подзащитный невиновен. Поскольку в то время, как, по версии следствия, по версии государственного обвинения, произошло убийство, господин Кирсанов был жив, — сообщила в суде адвокат Анастасия Межерова. — Доказательств того, что журналист погиб, нет, лишь есть данные, что на сегодняшний день его местоположение не установлено. Защита готова предоставить доказательства и свидетелей, которые подтвердят, что видели Кирсанова 17 мая 2001 года — с утра, в обед. Также есть люди, которые видели его и взаимодействовали с ним в Тюмени в июне 2001 года. Это к вопросу о том, что мы утверждаем, что он был жив». То, что Иван Курпишев несколько месяцев следил за журналистом, защита тоже отрицает. «Иван Борисович не собирал никаких сведений ни о каких лицах и не передавал эти сведения никому — о местах передвижения автомобиля, использованных мобильных телефонах и иных вещах, которые могли бы свидетельствовать о передвижении человека. Соответственно, не наносил никому физического вреда, не совершал иного преступления или действия, которое бы повлекло смерть названых людей. Он не имеет к этому никакого отношения, и защита намерена это доказать». Иван Курпишев спросил в суде у супруги журналиста, известно ли ей было о риелторской деятельности Владимира Кирсанова. «Это была версия, которая не подтвердилась, — ответила Лариса Чертова. — Риелтором был его брат — Эдуард Кирсанов. Владимир помогал брату — давал свои паспортные данные, чтобы участвовать в обменах квартир». Спорным считает версию об убийстве журналиста Владимира Кирсанова и защита второго обвиняемого. Александр Штингер свою причастность к событиям 17 мая 2001 года отрицает. «Штингер имеет алиби, — заявила в суде его адвокат Оксана Стаханова. — В указанный гособвинителем период времени находился в другом месте. Штингер не совершал убийство, не готовился к этому, не собирал сведений о маршрутах передвижения, распорядке дня Кирсанова». Жив не может быть, мертв А вот супруга журналиста с предположениями о том, что Владимир Кирсанов мог просто уехать из Кургана и ничего не рассказать родным, не согласна категорически. «Высказывался ли он, что хочет все бросить, начать иную жизнь?» — спросили у Ларисы Чертовой в заседании. «Нет», — заверила она. «То есть вы исключаете, что супруг просто ушел — и всё?» — уточнил судья. «Однозначно, — подтвердила Чертова. — Все говорит о том, что его убили. И 21 числа мы увидели большое количество крови». Себя супруга журналиста до сих пор винит за беспечность. Она сказала, что Владимир Кирсанов мог бы остаться жив, если бы поверил в реальность угроз. «Он начал мне говорить примерно с 14 мая: „Мне кажется, за мной следят“. Я еще отговаривала, потому что выборы закончились, и газета „Курганские вести“ по сравнению с „Абзацем“ более лояльная, более спокойная по отношению к действующей власти. И он мне сказал: „Ладно, я еще посмотрю“. Надо было стать более внимательными, а я, наоборот, его успокаивала», — расплакалась в суде Лариса Чертова. Рассмотрение уголовного дела продолжается. Как объяснили участники процесса, в Челябинск его перенесли из-за возможного конфликта интересов. Дело в том, что дела об убийствах группой лиц всегда рассматривают региональные суды, и материалы должны были поступить в Курганский областной суд. Вот только его председатель — бывший сотрудник полиции и прокуратуры, работавший по делу об исчезновении Владимира Кирсанова. Поэтому инстанцию, которой доверили громкое дело, в этом случае определил Верховный суд.