Эксперты объяснили, почему растут цены на бензин

Рост цен не обошел и российский рынок автомобильного топлива. Стоимость литра 92-го бензина пробила психологическую отметку в 50 рублей. 95-й и дизель давно бьют по кошельку сильнее. Почему бензин постоянно дорожает? Какие факторы влияют на его цену? Наши коллеги из 72.RU разбираемся вместе с экономистами. За что платим? Большая часть стоимости литра топлива — это различные акцизы и налоги, которые должны перечислить в бюджет производители и нефтедобывающие компании. В итоге за это платят простые потребители, то есть автомобилисты. — Цена складывается прозрачно, но и там есть нюансы. Сначала компании платят налог на добычу ископаемых, потом перерабатывают его — и тут появляются акцизы. Не забываем про себестоимость. А также про транспортировку топлива, место для его хранения — эти расходы включают в себя еще один налог — НДС. Еще нужно подсчитать доставку до АЗС, затраты на содержание этой самой АЗС, плюсом прибыль с розничной продажи. Так и складывается цена литра бензина для конечного потребителя, — рассказывает экономист, эксперт по налоговой безопасности Тигран Аракелян. Но не только это влияет на цену бензина, который покупают автомобилисты в России. По мнению экономиста Константина Селянина, есть и другой фактор. — Прежде всего на цену бензина влияет олигополия, которая сложилась на российском рынке. Это приводит к возможности нефтяных компаний реализовывать продукты по той цене, по которой им хочется. Да, действительно, они обращают внимание на то, что в цену включается различные налоги, сборы, акцизы и так далее. Как бы они ни росли, как бы они ни снижались, а такое тоже было, на розничную цену это не влияет никак. Там только рост, рост, и рост, — говорит Селянин. Олигополия, или так называемая власть немногих, на рынке нефтепродуктов в России, по мнению Селянина, существует в следующем виде. Есть 7–8 российских вертикально интегрированных компаний — они контролируют большое количество добычи, переработки и розницы. Причем по рознице — с ними могут работать частные компании, которые получают бензин от одного поставщика. Формально они независимые, но торгуют под определенным брендом и маркой. Вертикально интегрированные компании (ВИНКи) в части нефтепереработки и бензина — это бизнес-структуры, которые проводят весь технологический процесс производства топлива. В данном случае от добычи нефти, ее переработки и продажи конечному покупателю. — Такое положение дел приводит к росту цен. Компании могут и не прибегать к сговору, но у них есть цель — повысить цену на нефтепродукты, получать больше прибыли. У них есть рыночная сила — начиная от добычи, заканчивая розницей. Поэтому компании могут привести свои желания в реальность. Поэтому цена на бензин зависит от аппетитов компаний и желания государства эти аппетиты ограничить. Вот как формируется цена на топливо на российском рынке, — добавляет экономист. Дефицит или повышение? Грозит ли дефицит топлива в России, а вслед за этим и возможное повышение цен? Чтобы этого не допустить, правительство разрабатывает различные меры. Основных — два. Первое — это ограничение экспорта бензина. Второе — механизм работы демпфера. Разберем оба. Демфпер — это специальный механизм, который помогает сдерживать цену в России на топливо. Его суть в том, чтобы доплачивать нефтяникам, если экспортные цены превышают внутренние. Для поддержания внутреннего рынка правительство ввело запрет на экспорт бензина, а точнее, продлило его до конца года. Предыдущее ограничение действовало до 31 августа. — Решение принято для поддержания стабильной ситуации на топливном рынке в период сохраняющегося сезонного спроса и плановых ремонтов, проводимых на нефтеперерабатывающих заводах, — указано в сообщении правительства РФ. Селянин связывает это решение как раз с тем, что на российском рынке действительно может возникнуть дефицит топлива. Причин для принятия запрета на экспорт много. — Россия — страна сбалансированная, если говорить о рынке нефтепродуктов. То есть производим столько, сколько потребляем сами. Поэтому если производства будет меньше ввиду разных факторов, то баланс нарушится, возникнет дефицит и, как следствие, вообще его нехватка либо его более высокая цена, — говорит Селянин. Причины, по которым в стране могут производить меньше топлива, разные. Кроме того, нефтепродукты осенью начинают брать больше — из-за осенней уборочной кампании. — Будет ли дефицит? Зависит от двух составляющих. Первое — решение правительства по поводу ограничений по экспорту. Ну или введение новых пошлин, каких-то других запретов и так далее. Второе — выбытие мощностей по разным причинам — начиная от атак беспилотников, заканчивая плановыми ремонтами, которые приходятся на сентябрь — октябрь. Предвидеть это всё крайне сложно, особенно второй фактор, — считает эксперт. По мнению эксперта Финансового университета и Фонда национальной энергетической безопасности Игоря Юшкова дефицит топлива был бы вполне возможен. — Запрет на экспорт — это попытка от правительства запереть топливо на внутреннем рынке, чтобы не возникло его физического дефицита. Такое возможно, риск есть. Дизельного топлива мы производим много — примерно половина идет в страну, половина на экспорт. А что касается бензина — процентов 90 шло на внутренний рынок, остальное — за границу. Получается, что если у нас сокращается переработка из-за каких-то факторов, например, ударов по НПЗ, то физически его может не хватить, — говорит эксперт. Ограничение экспорта, по мнению Юшкова, это еще один способ повлиять на цены, даже на их возможное снижение. Правительство нашло способ заполнить внутренний рынок, создав переизбыток нефтепродуктов. — Запрет сделан для снижения цен на бирже. Они, может быть, не радикально влияют на розницу, но вот в чем особенность. На торгах покупают топливо так называемые независимые АЗС. Их даже больше, чем ВИНКов, хоть и продают они фактически меньше топлива, чем крупные компании. Важно сбивать стоимость бензина на бирже, чтобы не получилось так, что АЗС покупают там нефтепродукты дороже, чем продают конечному потребителю. Ведь розничный рынок у нас регулируется. За сильное повышение цен можно получить предписание от антимонопольной службы. Поэтому, чтобы частные АЗС не разорились, на бирже тоже пытаются снизить цены. Ну и, перенасытив внутренний рынок, заперев топливо, его стоимость может снизиться для конечного потребителя, — рассказывает Юшков. Еще один механизм, который влияет на цены для конечного потребителя, то есть для нас с вами, это механизм демпфера. Вот как он работает. — По сути, это выплата со стороны бюджета нефтяным компаниям, части их же собственных налогов. Она зависит от того, какую стоимость топлива хочет видеть государство на внутреннем рынке. Размер демпфера определяется как разница между ценами на топливо на внешних рынках и тем, какую цену государство хочет видеть на внутреннем рынке. Поэтому, по сути, у нас цены, по большому счету, регулируемые. То есть если государство уменьшает выплаты компаниям по демпферу, то они недополученные суммы собирают с внутреннего рынка, поднимая стоимость нефтепродуктов. И наоборот, если государство хочет, оно может понизить цены на внутреннем рынке на топливо, увеличив выплаты нефтяникам. Соответственно, они должны будут снизить цены, — объясняет Юшков. По мнению эксперта, отменять механизм демпфера сейчас не будут. Изменять эти выплаты нефтяникам государство в силах. Правда, это может привести к скачкам цен для простых потребителей. — Например, в прошлом году цена на топливо повышалась быстро, потому что правительство приняло решение сократить выплату по демпферу в два раза. Были большие скидки на российскую нефть, поэтому государство думало, что недополучит часть доходов. Соответственно, они объявили о снижении выплат. Потом ситуация чуть успокоилась, скидка на нефть стала меньше, государство в целом получило запланированный доход. Нефтяные компании, так как ожидали сокращения выплат, подняли цены для потребителей. Это породило социальное недовольство. Поэтому ситуацию переиграли. Государство сказало, что не будет снижать сумму демпфера в обмен на то, чтобы цены на топливо для людей не повышались. То есть случился своеобразный размен, — рассказывает Юшков. Дальше — больше? Цены на бензин, по мнению экономистов, увы, снижаться не будут. На это повлияют в основном те же факторы, которые влияют на обычный рост стоимости топлива. — Ситуация по году следующая. Инфляция за 8 месяцев составила 5,2 процента. Подчеркиваю, согласно Росстату. Цены выросли в среднем на 6,5 процента. С небольшим опережением растет стоимость топлива, как мы видим. Это не значит, что так дальше будет и продолжаться, ведь нефтяники всегда заинтересованы в росте цен. Возможно, подействует угроза дефицита топлива. Мой прогноз — если не будет массового выбытия мощностей, то мы увидим ее повышение на величину инфляции или чуть выше. Если будет выбытие мощностей, новые ограничения или их будут резко снимать, то ситуация может резко поменяться. В любом случае снижения ждать не стоит, пока не будет нарушена олигополия, — рассуждает Константин Селянин. Согласен с утверждением о том, что цены будут расти, и Игорь Юшков. — Стоимость бензина и дизеля растет каждый год, но, конечно, разными темпами. Это часть такой негласной договоренности между нефтяными компаниями и правительством. Расти для конечного потребителя она будет на уровень инфляции, укладываться в него, считает — Юшков. Есть и еще один способ ограничения цен на бензин. Он, по мнению экономиста Константина Селянина, тоже действенный. — Я говорил, что у нефтяников есть аппетиты и их что-то ограничивает. На них, к сожалению, влияет только воля первого лица государства. За последние 25 лет можно привести массу случаев, когда после очередного роста цен на бензин Путин вызывал нефтяников. Они говорили: «Ах, да, что же мы делаем». И брали на себя «добровольно» обязательства заморозить цены на три месяца, полгода и так далее. Ситуация улаживалась, потом цены снова продолжали расти. Поэтому никакого усмирения на аппетиты нефтяников, кроме воли первого лица государства, к сожалению, нет и не было за последние 25 лет, — заключает Селянин. Ранее мы рассказывали о том, что в России растут цены на хлеб. Почему так происходит и что происходит на рынке, ответили в отдельном материале.