Четыре мамы рассказали, почему забрали своих детей из школы. И сколько теперь они тратят на учебу

Пока одни родители пытаются понять прелести школьного дистанта, другие не торопятся вести своих детей в школу — они выбрали домашнее обучение еще до того, как на него принудительно перешел весь мир. Рассказываем истории таких семей: почему они оставили детей учиться дома, как всё успевают и сколько времени и денег теперь уходит на образование. Свободное расписание и каникулы когда надо Маша Емельянова стала учиться дистанционно еще до того, как это стало мейнстримом. Ее мама — педагог вуза — однажды решила, что получать знания дома девочке будет легче и продуктивнее. Всё началось с того, что в детском садике и началке Маша часто болела: учителя по основным предметам приходили на дом, а труд, ИЗО и физкультуру семья взяла на себя. — В старших классах мы стали комбинировать домашнее обучение с семейным — договорились со школой, что где-то я самостоятельно занимаюсь с дочерью, где-то приходят репетиторы, где-то мы берем онлайн-уроки, на какие-то предметы Маша ходит в школу. Это такая солянка, которую я выстраиваю в четкий индивидуальный маршрут, — объясняет Ирина Емельянова. В отличие от сверстников, у Маши расписание свободное: встает во сколько хочет, но обычно ближе к девяти. Завтрак, сборы и учеба. Если есть приходящие репетиторы — Маша готовится к их предметам, а в остальном — учеба в собственном режиме. Каждый вечер мама спрашивает, что выучено и какие планы на учебу завтра. На случай проблем с самоконтролем у Ирины есть особый план. — Я завожу себе будильник на каждый час и с работы звоню, спрашиваю: «Что ты сделала, что успела, что планируешь?» Вот такая помощь очень нужна. Каждый месяц на репетиторов Емельяновы тратят по 10–12 тысяч рублей. Учебный год заканчивается в мае, но бывают передышки в течение года по необходимости. Годовые контрольные Маша пишет в своей комнате под присмотром учителя. — Многие боятся домашнего обучения, дистанта, потому что для большинства это говорящая голова с домашним заданием и неумение организовать себя в своем пространстве, — рассуждает Ирина. — Я думаю, что онлайн теперь навсегда с нами и надо учиться правильно им пользоваться. Всё доступно, надо просто понимать, какой ресурс у нас есть. Алгебра — на бабушке, русский — на маме Жительница Тюмени Светлана Иванова перевела свою дочь из-за качества школьного обучения. — Моя дочь все младшие классы обучалась в школе, но после она попала в 5-й класс, куда «набили» 32 человека, большую половину из которых вопрос, зачем они ходят в школу, поставит в тупик, — рассказывает Светлана. — Но, наблюдая за ними, несложно ответить: общаться; опаздывать на семь уроков из шести; упираться взглядом в учителя после его окрика; забывать сменку. Мы получили классного руководителя, намертво застрявшего в недрах прошлого столетия, наделенного талантом не замечать, что творится в классе, транслировать указания школьного руководства и обижаться на непонимание родителей и постоянный шум. Организовывать учебный процесс пришлось силами всей семьи: бабушка взяла на себя алгебру и геометрию, мама — русский, литературу, историю и иностранные языки. Остальное ребенок учил по учебникам, проверяли знания по тестам из интернета. Первый год, признаётся Светлана, был самым трудным: время на перестройку нужно было и взрослым, и ребенку. Зато в характере дочери неожиданно проснулись новые качества. — Самостоятельность ребенка, подстегиваемая личной ответственностью, выросла необыкновенно! Дочь теперь сама выбирает, что ей учить, какие программы и темы ей интересны. Даже летом прошла курс финансовой грамотности. Его преподаватель из Высшей школы экономики вела. Всё это она делала самостоятельно, — рассказывает Светлана. Расписание учебы гибкое, но стабильное: первая половина дня — уроки, вторая — гимнастика и бассейн, зимой лыжи и теннис с дедушкой. Дочь тюменки пойдет в девятый класс, заниматься будет с преподавателями из МГУ и ВШЭ. — Я подсчитала, что обучение по всем нужным предметам в онлайне обойдется в 80–85 тысяч рублей в год. Исключила ненужные предметы, например ОБЖ, потому что 90% времени на этом предмете детей ничему не учат, — подводит итоги Светлана. — Предметы сдаем в школе на аттестации. После этого нас переводят в следующий класс. Чтобы сдать экзамены, ученику надо быть прикрепленным к школе. Четыре дня в неделю с одним и тем же учителем Сын Татьяны Беркман из Челябинска на домашнем обучении уже два года. На перевод решились из-за постоянных школьных проблем: в начальной школе часто менялись учителя, за поведением детей никто не следил — посреди урока дети могли встать и ходить по классу или же отвечать, когда их не спрашивают. — За эти годы у меня сложилось мнение, что школа не учит, а проверяет то, чему ребенка научили дома, — рассказывает Татьяна. — Сын закончил начальную школу на четыре и пять, при этом не владея элементарными навыками. Начался пятый класс — разные учителя, большой объем информации, который опять же должны осваивать самостоятельно. И опять плохое поведение ребенка. Ощущение, что у меня не мальчик, а черт с рожками. А ребенку просто неинтересно. Усердия и ответственности в этом возрасте ждать бесполезно, если они не заложены первым учителем. В итоге уже в сентябре он умудрился скатиться на двойки. За информацией о домашнем обучении Татьяна пошла в интернет, там же нашла будущего педагога, который сейчас занимается с ее сыном. Четыре дня в неделю мальчик ездит к учителю, который занимается с ним русским, математикой, историей, биологией, географией. — У него сейчас спаренные уроки — две или три пары в день, соответственно, ребенку не надо брать с собой полный портфель учебников. И домашнее задание он готовит по двум-трем предметам, пусть в большем объеме, но это всё равно проще, чем подготовиться к шести разным, как в школе. У нас нет музыки, ИЗО, физкультуры, но мы занимаемся в секциях по плаванию и карате, я считаю, это лучше, чем на физкультуре стоять в линеечку. Домашнее образование в среднем обходится в 20 тысяч в месяц. Аттестовывается ребенок в обычной школе, итоговые оценки — четыре и пять. Три одноклассника и куратор вместо классного руководителя Семья Ирины Бахаревой переехала из Новосибирска в Казахстан. Отдавать ребенка в местную школу не хотелось, и тогда Ирина выбрала полное онлайн-обучение. Теперь ее дочь четыре дня в неделю ходит на уроки в Zoom, там же общается с куратором. — Куратор — что-то вроде классного руководителя, поддерживает контакт с детьми, выясняет, что они поняли, проверяет, как усвоили материал. Оценки не ставят. Куратор очень поддерживает ребят, способных увидеть и исправить свои ошибки. В конце каждой четверти — контрольные работы. Дети их делают тоже на платформе. Если недоволен своим баллом, можешь переделать и разобраться, где ошибся. Онлайн-обучение, по словам мамы, помогает ребенку жить полной жизнью: кроме школы, ее дочь ходит на теннис, плавание, английский и в художку. В семье Бахаревых пропал стресс от утренних подъемов и вечный страх куда-то опоздать. — Занятия в онлайн-школе в третьем классе шли четыре раза в неделю. Среда — выходной. Каждый день новые темы или закрепление материала — уроки показывают в записи, а практические задания ученики выполняют на платформе. Смотреть можно на компьютере и в телефоне, — рассказывает Ирина. — Уля не раз училась в путешествиях, делала домашку в гостиницах и в кафе. Конечно, им дают и задания в тетради, иногда надо учить стихи, что-то рисовать, мастерить. Потом дети фотографируют результат и отправляют на проверку. Единственный минус онлайн-образования — недостаток общения, подводит итог Ирина. В онлайн-классе всего три ученика и куратор, нет перемен и школьных праздников. — В моем окружении думают, что частная школа — это для отстающих, спортсменов, которым якобы не нужно учиться вообще, или для тех, кто страдает от буллинга в обычной школе. В таких случаях, наверное, онлайн — действительно выход. Но я увидела, что дистанционное образование, когда оно в системе, — это что-то новое и гораздо больше, чем побег от проблем.