Как не сесть за комментарий в интернете: полицейский прочитал лекцию курганским студентам

В КГУ на семинар по противодействию экстремизму пришли около 120 человек — это студенты Курганского госуниверситета, КГСХА, Курганского филиала РАНХиГС, Курганского филиала АТиСО, ШГПУ и члены Молодежного правительства области. Одну из лекций прочитал старший оперуполномоченный центра по противодействию экстремизму УМВД России по Курганской области Игорь Савченко. Начал он с понятия «ксенофобия». Студенты знали, что это — недоброжелательность и нетерпимость к «чужакам», которая проявляется в предрассудках и предубеждениях. — Сколько процентов всех преступлений в России совершается иноверцами? — спросил Савченко. В зале шептали цифры от 10% до 50%, но правильный ответ — всего 5%. — Мы включаем телевизор, например, «Дежурную часть». Есть в зале журналисты? Для журналиста же что главное в новости? — спросил Савченко корреспондента 45.ru. — Факты проверять. — Не-ет, чтобы зритель смотрел, нужен хайп! В Москве, например, совершается 100 грабежей. Вы же не будете смотреть, что слесарь Петров у сантехника Иванова бутылку водки отжал? А если какой-нибудь (иностранец. — Прим. ред.) украл телефон — вот это новость. Создается впечатление «заполонили»! А давайте об этом напишем в интернете? Но потом приходят веселые парни в костюмах и говорят «Пройдемте на беседу», — добавил он. Экстремизм — понятие емкое. По мнению студентов, определение, которое дано в Уголовном кодексе, очень размыто, и иногда картинки, которые отправляются в шутку, могут привести к расследованию именно по статье «Экстремизм». Рост числа интернет-пользователей, свобода информации и отсутствие контроля за ней, по словам полицейского, помогают экстремизму распространяться по планете. И особенно его влиянию подвержена молодежь. — Пропагандисты экстремистских идей получили возможность распространять свою идеологию и убеждения в интернет-ресурсах, где численность аудитории может колебаться от десятков до сотен тысяч человек. Такие ресурсы сравнимы с потенциалом традиционных СМИ, но если СМИ мы можем контролировать, то интернет в бесконтрольном Роскомнадзором состоянии, — зачитал доклад полицейский и перешел к вопросам. В ответ на вопрос, есть ли перечень действий в интернете, которые могут посчитать экстремизмом, Игорь Савченко посоветовал сначала открыть федеральный закон №114. — Всем пользователям соцсетей советую ознакомиться с сайтом Минюста, где есть федеральный список из 5000 экстремистских материалов: песенки, картинки, файлы, мемы, приколы, которые оскорбляют человека или группу лиц по признакам пола, расы, национальности, религии. Он пополняется каждый день. Если вы разместили песню в 2015 году, но в 2016 году ее запретили, а я ее нашел у вас в 2018 году — будем привлекать вас за это? — задал Савченко вопрос аудитории. — Да. Надо удалить, — выдохнули студенты. — Правильно, ваши страницы открытые, любой пользователь может зайти и посмотреть, и привлекать в таком случае будут, потому что момент обнаружения позже, чем дата вступления закона в силу, — пояснил он и привел в пример песню курганской группы «Психея». — Они уже сами про песню «Убей мента» забыли, но кому-то в России она помешала, её текст проанализировали и признали, что для социальной группы сотрудников полиции это оскорбление, ее тоже внесли в список, — такой пример вызвал в зале оживление. — Если я в 90-е годы купил книгу, а ее сейчас признали экстремистской, что мне с ней делать? — задал вопрос участник встречи. — По закону для ответственности необходима публичность. Если вы дома читаете Mein Kampf, никому не мешая, это ваше личное дело. Не давайте читать ее товарищам. Если вы набиваете татуировку в виде свастики — делайте так, чтобы ее никто не видел, — рассказал полицейский. Игорь Савченко вспомнил случай о том, как на странице в соцсети «ВКонтакте» восьмиклассника из Кургана оперативники нашли смайлик с нацистской символикой. Изображение оставил даже не сам школьник, а один из пользователей. Тогда к ответственности привлекли как владельца страницы, так и автора сообщения. — А как у вас это происходит: сидят и следят за «Контактом»? — спросил еще одна студентка. — Они не сидят, а служат. Мы соблюдаем законодательство, Конституцию и закон об оперативно-разыскной деятельности. Сразу скажу, чтобы посмотреть вашу переписку, мне нужна санкция суда. А чтобы я ее получил, нужна и во-от (Широко разводит ладонями.) такая папка документов о том, какой вы плохой человек. Поэтому просто так на страничку мы ни к кому не заходим и переписку не читаем, успокоил вас? — переспросил майор под одобрительный гул в зале. За прошлый год в Курганской области выявлено 19 преступлений и 20 правонарушений экстремистской направленности. Выявляя такие преступления, сотрудники смотрят, как часто запрещенные лозунги или картинки появляются на странице пользователя. Если раз — проводят беседу, человек, как правило, сам удаляет информацию, если циклично — тогда уже за страницей следят внимательно. — Мы не знали, что эта картинка оскорбительна. Извините, больше не будет, — так обычно заканчивается беседа с нарушителем, и картинку удаляют, — по словам Савченко так реагируют нарушители, которые по незнанию сделали репост запрещенной картинки или написали оскорбительный комментарий. По данным МВД, в стране сейчас действует более 170 молодежных экстремистских группировок, возраст участников которых простирается от 14 до 35 лет. В Курганской области такие группировки тоже есть, их можно пересчитать по пальцам (ими могут быть футбольные фанаты, скинхеды, националисты, левые и праворадикальные элементы). Пока «спящие», они могут активизироваться, когда «определенные политические силы попытаются использовать молодежь в своих целях, провоцируя на незаконные действия». — Проведенный нашим центром по противодействию экстремизму анализ показывает, что экстремизм создает угрозу общественной безопасности в целом. На прошлой неделе вот раздули новость с забросанными баннерами кандидата в президенты. Этих лиц мы установим, — привел пример лектор. Сначала молодежь переписывается в социальных сетях, а потом встречается в реале, чтобы совершить преступление. Например, в Шадринске группа подростков попытались сжечь людей — их нашла и остановила полиция. Восьмиклассник из Кургана хотел уехать на Донбасс, чтобы воевать с русскими, а однажды в группе в соцсетях появилась информация с призывом выступить против иностранцев в Шумихе. — Летом 2014 года в Шумихе местные жители застрелили охранника. В группе «Типичный Курган» после этого появилась информация с призывом объединиться против (иностранных граждан. — Прим. ред.) — ее внесли потом в федеральный список запрещенной. «Злыми чеченцами был убит русский казак», хотя там не было ни чеченцев, ни казаков. Полиция увидела эту информацию и комментарии к ней и выставила патрули на въезде в Шумиху (благо, там одна дорога). В итоге остановили две машины русских и три машины людей неславянской внешности, которые ехали вступиться за своих. В багажниках у них: ножи, арматурные прутья, кастеты, — вспоминает полицейский. Через администратора группы оперативники выяснили, что о драке рассказал своему знакомому житель Шумихи, а этот знакомый разослал 10 анонимных писем в регионы, где есть город под названием Шумиха, «надеясь, что где-то русские будут биться с русскими». Главный совет: перед тем, как писать гневные комментарии, кидать картинки на стену другу, вступать в подозрительные группы в соцсетях, нужно думать о последствиях. И, если что, сообщать в полицию. — Включайте сначала не сердце, а голову. Если вы заметили что-то подозрительное или оскорбительное в социальных сетях, вы можете пожаловаться в службу поддержки в социальных сетях или в полицию. А свои комментарии вы можете с помощью прекрасной функции исправить в течение 10 минут, если поняли, что переборщили с эмоциями, — посоветовал Игорь Савченко.