«В случае нашей смерти винить…» Бизнесмены просят ФСБ и президента защитить их от расправы

Житель Екатеринбурга Роман Савицкий сейчас лежит в реанимации. После жестокого избиения у него пробита голова: открытый перелом лобной кости. Его готовят к трепанации черепа. Через родных Роман передал в правоохранительные органы заявление, где назвал тех, кто его избивал. Как он утверждает, ему мстят за то, что он написал заявление в полицию. В том обращении он рассказал, как на протяжении нескольких лет у него и его друзей-бизнесменов вымогали деньги, как им угрожали и били их. При этом один из тех, кого он сейчас обвиняет, — герой криминальных новостей, боец из сквера (того самого, ставшего известным на всю страну. — Прим. ред.), которого судят за «отжим» ритуального бизнеса в городе Сысерть Свердловской области. Сейчас бизнесмены также написали заявление во все возможные силовые и надзорные органы. В редакцию Е1.RU они обратились с просьбой предать их историю огласке, потому что они боятся за свою жизнь: «В случае нашей смерти просим винить...» — и называют конкретные фамилии. Вот история, записанная с их слов. Все участники этих событий в 90-х были еще детьми или подростками. Но, слушая этот рассказ, понимаешь, что эти годы словно никуда и не уходили. И такие истории не редкость по всей стране. Пугали ОПГ, которой не было Несколько лет назад у Романа Савицкого и его младшего брата Николая был свой бизнес в Екатеринбурге — баннерная реклама, им принадлежали билборды. После ареста руководителя МУГИСО Алексея Пьянкова администрация начала сносить щиты, которые были установлены без нужных разрешений. Так бизнес братьев загнулся. Из имущества осталось несколько десятков билбордов, цена одной конструкции составляла около 150 тысяч рублей. После этого, рассказывает Николай, в апреле 2020 года в их офис зашли двое мужчин. Объяснили, что пришли поговорить в интересах бывших партнеров. — Этих двоих звали Артем Нефедов и Роман Коротков. До этого мы не были с ними знакомы. Стали требовать, чтобы мы добровольно отдали нашу долю в бизнесе «старшим товарищам» — нашим бывшим партнерам. Якобы те обратились к ОПГ «Синие» с вопросами о разделе бизнеса, и нам конец. Вырежут нас и наших родных, — вспоминает Николай Савицкий. ОПГ «Синие» — известная еще с 90-х годов преступная группировка, состоящая из классических уголовников, свое название они получили из-за татуировок на теле. Сейчас такого сообщества не существует. — Мы об этом еще не знали, — объясняет Николай. — Было страшно. Бизнеса у нас уже не было, но остались рекламные конструкции, которые можно продать. Никакие «синие» так и не появились. Остались лишь Коротков и Нефедов. И вот за то, что они нас охраняют от «синих», мы должны теперь им. Озвучили откупную сумму — миллион. Таких денег у нас не было. По словам бизнесмена, мирными беседами дело не ограничилось. — Угрожали, били, — говорит он. — Мне доставалось меньше, могли дать пощечину, оплеуху. Брату (видимо, как старшему) попадало сильнее. Но до серьезных травм тогда все-таки не доходило. Через какое-то время после такого прессинга братья сломались и смирились. — Они «пробили» всё имущество, которое было у нас и у наших родных. Нашли загородный дом, он принадлежал родителям и юридически, и фактически. Папа у нас бывший военный, как ветерану боевых действий в Чечне ему еще в 2000 году дали земельный участок за городом, недалеко от Ревды. Много лет родители строили этот дом, благоустраивали, — рассказывает Николай. — Нас вынудили заложить его в счет мифического долга, за один миллион рублей под 72 % годовых (договор есть в распоряжении редакции. — Прим. ред.). Залог был оформлен официально, через МФЦ. Каждый месяц на протяжении почти двух лет мы платили по 60 тысяч в месяц за дом, деньги перечисляли Нефедову, он был держателем залога. Кроме этого, платили 200 тысяч в месяц, это 60 процентов выручки с продажи щитов. Интересно, что Роман Коротков не раз был героем новостей в СМИ. Он — один из бойцов-спортсменов, которые разгоняли защитников сквера у Театра драмы, охраняя забор вокруг будущей стройки храма. В августе 2020 года полиция задержала его вместе с тремя товарищами. По версии следствия, они организовали преступное сообщество и стали «отжимать» ритуальный бизнес у бизнесменов в Сысерти, устроив в небольшом уральском городе передел рынка похоронных услуг. Поэтому несколько месяцев того года Коротков у братьев не появлялся, «общались» лишь с Нефедовым. Некоторое время Коротков был в СИЗО, но потом его отпустили домой, изменив меру пресечения на мягкую — запрет определенных действий. Он подразумевает следующие ограничения: не общаться с другими участниками дела, не посещать массовые мероприятия, быть дома в определенное время суток, не менять место жительства. В остальном же человек продолжает вести обычный образ жизни. Артем Нефедов, судя по данным из открытых источников, предприниматель. С 2020 года и по сегодняшнее время он является генеральным директором фирмы «Атлант». Основной вид деятельности компании — строительство жилых и нежилых помещений. В открытых криминальных сводках бизнесмен никогда не светился, в отличие от Короткова. Напомним, всё то время, пока братья выплачивали несуществующие (по их словам) долги, никакого бизнеса у них уже не было. Младший, Николай, подрабатывал в такси и учился на курсах тендерного дела, то есть госзакупкам. Николай по специальности строитель, работал на заводе имени Калинина, у него был хороший опыт работы прораба на стройках, курирования и организации работ подрядчиков. — Нефедов вынудил моего брата пойти работать на него, в его фирму, чтобы отработать долги, которые ему приписали. Часть зарплаты он отдавал в счет погашения «долга», — утверждает Николай Савицкий. — Нужно было выплачивать процент за родительский дом, это был рычаг давления: любое неповиновение — и его просто продадут по бросовой цене. Мы полностью зависели от Нефедова. Понимал, что защитить некому Андрей Цветков — владелец екатеринбургского предприятия ООО «УРТ», которое производит резинотехнические изделия. В компании 70 сотрудников, есть филиалы в Челябинске, Кургане, Перми, Тюмени. Работают по программе импортозамещения, по госконтрактам, продукцию поставляют по всей России, среди заказчиков есть и крупные — например, Росатом и УГМК. Андрей — не просто владелец и менеджер, он знает свое дело от и до, по специальности он инженер-технолог. Как утверждает Цветков, он также попал под давление криминала. Схема была примерно такая же, как у Савицких. Его вынуждали платить якобы за крышевание бизнеса, говорили, что защищают его от других бандитов. «Спасение» стоило 300 тысяч в месяц, потом цена повысилась. Первые незваные гости в офисе появились в 2018 году. По описанию предпринимателя, это были крепкие парни, по внешности — представители кавказских республик, имена у них были тоже соответствующие. Парни заявили, что они представители дагестанской диаспоры. — Так они представились на словах. Кто они такие на самом деле, точно сказать не могу. Документов не показывали, — грустно шутит Андрей. Парни требовали денег. — Суммы были небольшие, пять-десять тысяч; правда, в какой-то момент стали просить больше — 300 тысяч. Появлялись они очень редко, наездами. Я откупался, чтобы не мешали, так было проще. А потом начался коронавирус, — рассказывает предприниматель. — Возможно, у них был бизнес, связанный с общепитом, с кафе, из-за локдауна его накрыло, они остались без источника доходов — но это, опять же, предположение. Так эти ребята снова оказались у меня. На этот раз они потребовали отдать им мой бизнес. Просто взять и переписать, на кого скажут. То есть я бы продолжал работать на них как менеджер, управленец, а деньги им. Я отказался. По словам Цветкова, парни приезжали к нему в офис около десяти раз. За отказ били. Избивали прямо при сотрудниках, ничего не опасаясь. Бизнесмен обратился в полицию. — Операцию по задержанию проводил РУБОП, — рассказывает Андрей. — Перекрыли часть улицы где у нас был офис, на меня повесили скрытые камеры, микрофоны. СОБР влетел уже после того, как мне успели разбить голову. Всех нападавших уложили на пол, надели наручники. Андрею наложили швы на голову. Но, по его словам, всё это закончилось… ничем. Уголовного дела так и не возбудили. Впрочем, те парни больше не появлялись. Вместо них пришли другие. — В офис приехали трое мужчин, спортивного вида. Разговаривал со мной один из них, лет сорока. Сказал, что его зовут Василий Агафонов, что он знает, что у меня были проблемы. Мол, вы же видите, полиция вам не поможет, всё бесполезно, задержанные очень злы на меня, будут мстить и мне, и моей семье. Спасти от расправы может только он, — вспоминает бизнесмен. — За это он попросил 500 тысяч. Я пообещал подумать. После этого он стал ездить ко мне со своими спортсменами постоянно, кроме того, звонил. Начались угрозы. Что делать? Андрей говорит, что отдал полмиллиона, но на этом знакомство не закончилось, а только началось. По его словам, в сентябре Агафонов снова появился у него в офисе и заявил, что на его бизнес есть недобрые планы у чеченцев, имея в виду этническую группировку. — Объявил, что организует мне охрану, за это потребовал платить ему 300 тысяч в месяц. Я понимал, что никаких «чеченцев» нет, что это просто повод для вымогательства. Но когда попытался отказаться, начались угрозы, давление, — объясняет Цветков. — Он приезжал не один, всегда со спортсменами. Я отдал деньги, надеясь, что он не появится. А в октябре он приехал снова, сообщил что его друг попал в СИЗО, ему нужны деньги на адвоката, 200 тысяч. Потребовал их у меня. Что это за друг, я тогда не знал. Деньги я отдал. А через месяц он приехал снова, потребовал еще 200 тысяч, на адвоката, сказал, надо выручить парня. — Снова отдали? — Да. Понимал, что защитить меня, мою семью некому. Был неудачный опыт обращения в полицию. Уже спустя какое-то время Андрей узнал, для кого он дал деньги, кого нужно вытащить из СИЗО. По его словам, это был Роман Коротков, арестованный за то, что кошмарил сысертских бизнесменов, отнимая у них бизнес (по версии следствия). Короткова спустя какое-то время действительно освободили из СИЗО, смягчив ему меру пресечения. Василий Агафонов в криминальных новостях никогда не светился. Согласно открытым данным системы «Контур.Фокус», он владеет вполне мирным бизнесом, на него зарегистрировано фермерское хозяйство. Также, по данным этого сервиса, у них с Романом Коротковым когда-то было совместное предприятие. — Он набожный, примерный семьянин, многодетный отец. Знаю, что помогает какому-то храму, хорошо быть добрым… за чужие деньги, — так характеризует Агафонова Андрей Цветков. По информации наших источников в правоохранительных органах, Агафонов — бывший сотрудник спецназа одной силовой структуры. Работал в службе охраны екатеринбургского бизнесмена Александра Горбунова. Имя Горбунова связывают с громкими рейдерскими захватами оптовых рынков, овощебазы и ТЦ «Белка-маркет» в Екатеринбурге. Сейчас, также по данным наших источников, Горбунов уехал из страны. Это случилось после возбуждения уголовного дела по давним убийствам екатеринбургских бизнесменов, в этих материалах фигурируют имена высокопоставленных силовиков. На данный момент дело бесфигурантное. Рискуя жизнью, собирали доказательства Но вернемся к истории с уральскими бизнесменами. C предыдущими героями нашей истории, братьями Савицкими, Андрей познакомился в 2020 году. Тогда он как руководитель компании искал специалиста по госзакупкам. Николай, закончив обучение по тендерам, устроился к нему на работу. Чуть позже, во время дружеских разговоров выяснилось, что их прессуют люди, которые между собой знакомы. Коллеги были уверены, что это одна и та же группа. Андрей Цветков рассказывает: — Позже они не раз заезжали на предприятие вместе: Агафонов и Савицкий. Я продолжал платить Агафонову. Савицкие также платят Нефедову. Вместе мы принимаем решение выкупить дом их родителей, откладываем деньги на это. К тому моменту Николай становится моим партнером по бизнесу. Мы сделали это специально: так больше возможностей скрыть наши доходы от вымогателей. За два года мы отдали около 10 миллионов рублей. Наконец, Савицкие с помощью Андрея Цветкова выкупают дом из-под залога. — Они, видимо, решили: раз выплатили, значит, деньги есть, стали требовать больше. Обязали нас оформить в лизинг машину KIA Rio, чтобы они ездили на ней. Мы взяли ее как служебную, но, по сути, ее не видели. То есть по 300 тысяч платили им. Еще плюс один кредит для них сто тысяч в месяц — за машину в лизинг. Так продолжалось до начала СВО. В апреле Агафонов снова приехал к нам. На этот раз потребовал миллион разово, и полмиллиона мы должны платить ежемесячно. Я попросил подождать до августа, сказал, что денег пока нет, объяснял, что мы только переехали в новое помещение, расширились, что были большие траты. Я надеялся, что он забудет, — говорит Андрей. — Но он не забывал, каждую неделю или сам приезжал к нам, или отправлял Нефедова. Потом объявил, что нужно отдать пять миллионов. Крайний срок — в конце августа. На тот момент это была месячная выручка со всех наших филиалов. Андрей снова решился пойти в полицию. — У меня остались контакты бывшего начальника РУБОПа, который проводил тогда операцию, он теперь работает в Москве, перевели на повышение. Спросил его, что делать. Он отправил в отдел, посоветовал сотрудника, честного, порядочного. Нам рассказали, какую фактуру собрать, и мы начали записывать телефонные разговоры с Агафоновым в Нефедовым. Они звонили, угрожали, а мы записывали. Кому принадлежит голос, может спокойно установить экспертиза. Потом при всех начал бить меня, на аудио слышны звуки ударов. Рискуя жизнью, мы приезжали на встречи, диктофоны прятали в обувь, под носки, — вспоминает бизнесмен. — Мы собрали всё, что надо: платежки, скриншоты, записи разговоров (всё это есть в распоряжении редакции. — Прим. ред.). — Настал день икс, когда нужно было отдавать деньги, пять миллионов, — продолжает Цветков. — 29 августа мы пришли в РУБОП, было написано официальное заявление. Нам сказали: сейчас будем брать. Но СОБРа на наше дело не дали, они уехали на СВО. Остался «Гром», это тоже группа быстрого реагирования. Сделали на следующий день засаду в офисе, видеонаблюдение, опера в форме кладовщиков. Но никто не приехал. Получается, что информация просто уползла к ним. Уже позже до меня дошли разговоры, что один из руководителей этой группы — друг Агафонова. В открытых источниках есть их совместные фото. На этом же снимке есть и Коротков, и Нефедов. Эта фотография есть в распоряжении редакции, но, поскольку по одному групповому снимку рассуждать о степени знакомства сложно, то мы не публикуем лицо этого человека. «Полицию мы на **** вертели» После того не случившегося задержания наступила тишина, звонки и визиты прекратились. Денег больше никто не требовал. Роман Савицкий продолжал работать с фирмой Нефедова. Его компания неожиданно выиграла госконтракт на 200 миллионов рублей, на реконструкцию площади в Первоуральске. Роман Савицкий был куратором стройки, искал подрядчиков, контролировал то, как идет работа, давал интервью местным телеканалам. Всё затихло. Уголовного дела по августовскому заявлению так и не возбудили, вынесли отказную. На опросы и допросы Савицких и Цветкова никто не вызывал, весь собранный ими материал (скрины и аудиозаписи с угрозами, видео избиений) они никому не передали. А 5 февраля 2023 года Романа Савицкого жестоко избили. — Позвонила жена брата: срочно приезжай. Вид у Ромы был ужасный, кровь лилась. Увез его на Бажова в травмпункт, оттуда его на скорой отправили в больницу. Брат рассказал, что днем поехал на встречу с Артемом Нефедовым, — рассказывает Николай Савицкий. — Ничто не предвещало беды, обычная рабочая встреча, собирались обсудить, как закончить работы по реконструкции. Нефедов попросил его приехать к нему домой, в поселок Северка. У него там квартира в двухэтажке. У дома его встретили пять человек: Артем Нефедов, его брат Глеб и трое незнакомых парней. Заталкивали пистолет в рот, угрожали, что сейчас пристрелят и им ничего за это не будет, что полицию на *** вертели. Требовали, пусть через неделю позвонит брат (Николай. — Прим. ред.) и перепишет 50 процентов бизнеса компании Андрея Цветкова. Потом брат потерял сознание. Пришел в себя в снегу, никого не было. Как у него хватило сил самому доехать до дома, не представляю, — удивляется Савицкий-младший. Уже в больнице Роман Савицкий написал заявление в полицию (копия есть в распоряжении редакции). Там он указал, что причиной нападения стала месть за то августовское заявление в полицию. Кроме того, называлась еще одна причина. Роман утверждает, что ему известны факты хищения государственных денег, выделенных на реконструкцию площади Первоуральска. Всю информацию об этом он готов сейчас передать правоохранительным органам. На сегодняшний день Савицкие и Цветков написали заявления во все возможные инстанции, силовые и надзорные: в полицию, прокуратуру, Следственный комитет, ФСБ, а также в аппарат уполномоченного по правам человека и администрацию президента РФ. Бизнесмены просят защитить их, потому что по-настоящему боятся за себя и за своих родных. Эти люди — мошенники, вводят в заблуждение полицию Мы связались с представителем противоположной стороны этой истории. — Я знаю все эти моменты. Эти люди обвиняют полицию в некомпетентной работе, обвиняют и меня, — пояснил E1.RU Василий Агафонов, который, по версии бизнесменов, причастен к вымогательству. — Второй момент: эти люди — мошенники, кинули полгорода, набрав обязательств. Сейчас, судя по всему, у них происходят проблемы, они ищут козла отпущения [того, кого можно обвинить в проблемах]. Хотят поднять общественный резонанс [чтобы избежать проблем]. Василий Агафонов также объяснил, что он был знаком с бизнесменами по работе. — Помогал им финансово, давал деньги в долг на их рабочие моменты, — прокомментировал он. По поводу аудиозаписей, которые предоставили в редакцию E1.RU, Агафонов пояснил следующее. — Возможно, я их ругал за какие-либо рабочие моменты, но это ни в коем случае не вымогательство. К избиению я не причастен, к вымогательству также отношения не имею. Хотя не удивляюсь, что их кто-то избил, — предположил наш собеседник. — Они вели себя плохо, кидали людей, не возвращали деньги. До этого я не знал, что они из себя представляют. Уже при дальнейшем знакомстве выяснилось, что они мошенники, кроме того, употребляли наркотики. Возможно, употребляют и сейчас. Дозвониться до Артема Нефедова нам так не удалось, на звонки он не ответил. Мы готовы выслушать и рассказать его версию событий. Комментарий полиции — По заявлению гражданина отделом полиции № 10 УМВД России по Екатеринбургу проводится проверка. Подозреваемые в его избиении разыскиваются. В настоящее время потерпевший находится на лечении в больнице, после его выписки из медицинского учреждения будет установлена степень тяжести вреда здоровью. По итогам разбирательства будет принято обоснованное решение, — сообщили E1.RU в пресс-группе УМВД по Екатеринбургу. Мы будем следить за развитием ситуации. Прочитайте также интервью предпринимателя из Сысерти Виктора Джупины. Он подробно рассказал об атаках спортсменов — например, о поджоге машин и угрозах. Больше о деле бойцов из сквера можно прочитать в совместном расследовании E1.RU и «Новой газеты».