Алексей Дедов провёл вечернюю экскурсию по старым улицам Кургана

Драмам и трагедиям старого Кургана экскурсовод и тележурналист Алексей Дедов посвятил целый цикл из трех вечерних экскурсий. Пользуясь летним теплом, курганцы и гости города приходят окунуться в историю Кургана вместе с детьми, собаками и фонариками. На этот раз встретились у здания поликлиники на улице Володарского. Отправились гулять по улице Климова, бывшей Береговой, мимо девятиэтажки 1976 года постройки (Климова, 56). — Ленинградский проект, квартиры улучшенной планировки. Дом скромно называется «обкомовский», — отметил Алексей Дедов. Напротив — так называемый «илизаровский» дом, выстроен в свое время для врачей, сотрудников знаменитого хирурга Гавриила Илизарова (Климова, 43). Где-то здесь, посреди квартала, некогда стоял дом, которым владел замечательный доктор Петр Павлович Успенский. — В 1909 году наш фотограф Алексей Кочешев выпустил книжку «Адрес-календарь Кургана и Курганского уезда». Уже за одно это ему надо памятник поставить! Перечислил всех домовладельцев города. Благодаря Кочешеву мы сейчас знаем, что на Береговой, ныне Климова, стоял дом доктора Успенского. Петр Палыч — наичудеснейший человек, очень много для нашего города сделал, — пояснил Дедов. Петр Успенский появился в Кургане в 1890-х годах. Приехал вместе с женой и стал врачом в Курганской сельской больнице. Увлекался офтальмологией, стал первым в Кургане профессиональным глазным врачом. Основал первую в городе публичную библиотеку. В годы русско-японской войны командовал полевым лазаретом. Гражданский чин доктора Успенского — коллежский советник — соответствовал воинским чинам армейского полковника и флотского капитана. Во время гражданской войны, когда свирепствовали тиф и холера, продвигал в массы гигиену. Успенского мобилизовали колчаковцы, он ушел с белой армией на восток и в итоге обосновался в Томске. В 1920-х его зазвали обратно в Курган. Вернувшись, доктор Успенский возглавил городскую больницу. В 1937 году Петр Успенский отказался признать врагом народа другого талантливого курганского доктора — хирурга Алексея Державина. Державин говорил по-английски без акцента и как-то раз оказал услуги переводчика японским летчикам, пролетавшим через Курган. Этого оказалось достаточно, чтобы по доносу завхоза больницы обвинить курганского врача в связях с японской разведкой. — Державина в итоге расстреляли, а 72-летнего Успенского в 1938 году арестовали по обвинению в антисоветской агитации и приговорили к шести годам лишения свободы. В местах заключения Петр Павлович продолжал работать по специальности — глазным врачом. В 1942 году его досрочно освободили, и молодой главный врач городской больницы Яков Витебский пригласил Успенского на должность заведующего глазным отделением. В 1944 году Петр Павлович Успенский скоропостижно скончался на рабочем месте, — рассказал экскурсовод. Дом Петра Успенского не сохранился, зато мы смогли полюбоваться на пятиэтажку, в которой жил Гавриил Илизаров (Климова, 41). — Каждое утро доктор Илизаров в кедах и трикошках с вытянутыми коленками выходил на пробежку. А еще знаменитый врач в целях физкультуры колол дрова бабушкам, проживавшим в соседних деревянных домишках: хирургу надо поддерживать физическую форму! — рассказал Дедов. Мы успели застать в относительной целости и сохранности, наверное, самый старый дом в Кургане — домик земского исправника Александра Дуранова (Климова, 50). Типичный деревянный дом первой половины XIX века. В Кургане подобных домов уже не осталось. А скоро и дом Дуранова должны снести — жильцов уже расселили. — Александр Иванович Дуранов оставил в истории Кургана большой след. Должность земского исправника, то есть, начальника полиции занимал с 1830 по 1837 год — именно Дуранов встречал первых декабристов, прибывших на поселение в Курган. Дом Дуранова, скорее всего, построен в 1820-х годах, ему около 200 лет. В отличие от дома Нарышкиных (сегодня дом-музей декабристов, Климова, 80 а — прим. ред.) сохранился в первозданном виде. Его собираются снести и вроде как восстановить на новом месте, но это будет уже совсем другая история, — сожалел экскурсовод. В 1837 году Дуранов лишился своей должности из-за снисходительного отношения к староверам. — В то время на старообрядцев были гонения. Дуранову, как земскому исправнику, было положено заставлять их венчаться в официальных православных храмах. А он смотрел сквозь пальцы, не преследовал староверов. В деревне Менщиково старообрядцы венчались в собственной часовне, и за это Дуранов вылетел с должности, — поведал Дедов. В 1835 году Дуранов выпустил в Тобол невесть откуда привезенных им раков, которые распространились до самого города Ялуторовска. — В 1980-х, когда выше по течению, в Казахстане, в Тобол попал дуст, раки передохли. Но в 2000-х популяция полностью восстановилась. Мы проводим гастрономический фестиваль «День сырка». А ведь в Кургане уже есть бренд еще круче: «Дурановские раки!» — воодушевился Алексей Дедов. Приемная дочь Дуранова — Таня — вышла замуж за декабриста Петра Свистунова. Танечка была родной дочерью квартального смотрителя Степана Неугодникова, подчиненного Дуранова. Мать умерла, когда девочке было 13 лет. Отец выпивал. — Тогда доставки не было, полуфабрикатов, стиральных машинок и роботов-пылесосов — тоже. 13-летней Тане пришлось взять на себя все обязанности по дому: щи варить, полы мести, стирать, гладить и штопать. Да еще периодически поддающий отец. Бездетные Дурановы, глядя на такое дело, предложили забрать Таню и воспитать, как родную дочь. А Свистунова пригласили подучить девочку языкам и музыке. Петр Свистунов приехал к нам в 1837 году, это был второй заезд декабристов в Курган. Дико обаятельный был мужчина, его называли лучшим виолончелистом России, великолепный был музыкант. Богатые и влиятельные родственники замолвили за Свистунова словечко, и вскоре он из Кургана уехал в Тобольск. А из Тобольска вернулся свататься к своей ученице. Ему — 42, Танюше — 16. Разница в возрасте тогда никого не шокировала, но Дуранов приемную дочь отдавать за декабриста все же поначалу не захотел: Петр Свистунов был мужик вспыльчивый, конфликтный. Тем не менее, в итоге свадьба все же состоялась. Ознаменовалась пирушкой и танцами в доме Дуранова — он достаточно просторный, хотя с улицы выглядит скромно, — рассказал Дедов. Супруги Свистуновы прожили в любви и согласии 33 года. Родили пятерых детей, четверо выжили — неплохо по тем временам. Татьяна умерла в 49 лет. Свистунов пережил ее на 14 лет и умер 86-летним старцем. — Многие ссыльные декабристы очень долго прожили, — отметил Алексей Дедов. — Воздух здоровый в Кургане! — со знанием дела пояснили экскурсанты. — Декабрист Александр Бригген прожил в Кургане на поселении с 1836 по 1857 год — более 20 лет! Когда вернулся в Петербург, родственники ожидали увидеть сгорбленного и беззубого седого старичка, измученного ссылкой. А вошел бодрый подтянутый румяный мужчина, все зубы на месте. Правда, уже в 1859 году скончался, — добавил Дедов. — Надо было здесь оставаться, дурака не валять, — прокомментировали экскурсанты. С улицы кажется, что дом Дуранова одноэтажный. Но ничего подобного — внешность обманчива, со двора видно, что домик двухэтажный. Объяснение — перепады рельефа, ловко использованные при постройке дома. Как ни странно, дом Дуранова, в котором впоследствии жил священник Иоанн Волков, не является памятником культурного наследия и не охраняется государством. — Даже если его восстановят на новом месте, будет уже не то. Дом Дуранова не случайно расположен напротив того места, где раньше возвышался Богородице-Рождественский собор, а теперь — остатки цехов завода деревообрабатывающих станков. Именно Александр Дуранов был попечителем и одним из инициаторов строительства собора. А его вдова завещала дом священникам этого храма. До последнего времени в доме Дуранова жила женщина, жизнь тут теплилась, но сейчас — и она уехала. Конечно, жить в таких старых домах тяжеловато с точки зрения бытового комфорта. Но когда беседуешь с их обитателями, люди, как правило, не особо хотят переезжать, им нравится жить в центре города, они привыкли к особой атмосфере старинных зданий, — рассуждал Дедов. Экскурсанты вспомнили историю Богородице-Рождественского собора, увы, безвозвратно утраченного. Осмотрели дом городского головы Федора Шветова (Куйбышева, 45). — Дом построен в стиле провинциального классицизма. Это намеки на классику, но, по большому счету, — кирпичная коробка, украшенная лепкой. Некоторые детали вызывают умиление. Букетик в вазочке, такой трогательный, грустненький. Розеточки тоже очень милые, — вместе с Дедовым мы внимательно осмотрели дом Шветова — одно из самых красивых старинных зданий в Кургане. Через дорогу — здание уездного училища (Куйбышева, 43), связанное с именем автора «Конька-Горбунка» Петра Ершова, инспектора губернских училищ. Благодаря разносу, который Ершов справедливо устроил курганским властям, город собрал средства и приобрел для училища достойное здание. Учащиеся и педагоги радостно переехали сюда в 1863 году из деревянного барака на Береговой улице. — В числе архитектурных деталей на здании уездного училища — маскароны. Декоративные элементы в виде масок, идут из римской классической традиции. Римляне научились делать арки — трапециевидные камни укладывали один к одному, сверху каменюкой придавливали: так называемым замковым камнем, закрывавшим всю конструкцию как замок. Потом на замковых камнях начали физиономии богов вырезать — для надежности. Про здание уездного училища существует легенда: если прийти сюда в полночь и подмигнуть маскарону, он подмигнет тебе в ответ, — заинтриговал Алексей Дедов.