Шибари-мастер Адель Джараш из Кургана связывает людей веревками и подвешивает

При слове «шибари» у многих возникают отсылки к сексу и БДСМ. Честно, мы тоже так думали, пока не познакомились с курганским шибари-мастером Адель Джараш и не отдались ей на связывание. Потом только задали вопрос, что это было, и еще несколько других. 34-летняя Адель Джараш по образованию педагог-психолог, преподаватель танцев, менеджер социально-культурной деятельности. А по призванию, говорит, — массажист, певица, музыкант, художник, поэтесса и много кто еще. Шибари — японское искусство ограничения подвижности тела человека при помощи веревок. Техника восходит к боевому связыванию, возникшему в Японии в XV–XVI веках. В качестве эстетико-эротической практики шибари сформировалось к середине XX века. — Адель, давно ты практикуешь шибари и как вообще втянулась в эту тему? — В других городах у меня есть друзья-дизайнеры, которые приглашают на разные мероприятия. Они обвязывают фигуры и подсвечивают ультрафиолетом, ночью на природе получаются сюрреалистичные картины. Два года назад эти ребята попросили меня помочь и провязать пространство, показали, что такое шибари. На этой вечеринке собрались нестандартные люди. — Это была секс-вечеринка? — Нет, типа девичника. Были приглашены мастера, которые делают йони-массаж, всякое такое. В общем, что-то про промежнятину. Я как приехавшая из колхоза, естественно, не в курсе была. Когда начала вязать, у меня из подсознания пошел очень большой объем информации, я откуда-то знала, как вязать узлы, как воздействовать на точки. До этого 10 лет занималась различными практиками — тайский и другие массажи, ладки тела. И тут у меня все знания объединились во что-то большое. Я не знала, как выразить себя. Мне захотелось пообщаться с другими шибари-мастерами, есть ли у них какая-то духовная подоплека, чтобы как-то расширить ее. С аналогичным подходом не нашла. Для меня шибари — это ладание веревками (ладание — старославянская практика, которая включает массажные, остеопатические техники и техники мягкой мануальной терапии — прим. 45.RU). Узелки наносишь на места силы. У нас есть пересечения энергетических токов, нисходящий и восходящий потоки энергии. В точках, где какие-то зажимы, наносишь узелки. — Зачем люди хотят, чтобы их связали? — Ко мне приходят с определенными запросами: например, вступить в серьезные отношения, начать проявляться в этом мире, улучшить здоровье. Я выступаю как бесполое существо, как инструмент, при помощи которого человек может получить для себя какие-то плюшки. Сама не знаю, куда меня заведет сессия, куда меня поведут. Можно пойти в сферу чувственности, чтобы человек получил какой-то новый чувственный опыт. Иногда приходится добаюкивать, пеленать, включать колыбельные песни. Друзья говорят: «Аделька, у тебя очень нежное шибари». Я всегда стараюсь подходить больше с материнской заботой. Моя задача как шибариста — не пройти «рельсы-рельсы, шпалы-шпалы», выдать какую-то программу, где что-то идет за чем-то. Я исхожу от потребностей тела клиента. Руки вяжут, глаза не смотрят. (Эту фразу Адель говорит голосом Бабы-Яги и с соответствующей мимикой.) Недавно привязала девушку к пилону, и она крутилась так. Говорит: «У меня внутри было ощущение, что происходит ведьминская инициация». — Вместо метлы — пилон… — Да-да! Мы пошли на эксперимент. Получилось круто! Мне очень нравятся люди, которые готовы идти на эксперимент. На сессиях бывают женщины, которые старше меня в 2 раза. Они ожидают, что сейчас будет больно, будет твориться какой-то треш. Вроде как бы и хочется, но им страшно. Все зависит от того, насколько мы принимаем боль. Это же всего лишь ограничитель ума. Если мы боимся боли, то мы, по сути дела, боимся жить. — Жизнь — боль (смеемся). — Первые связки я обычно делаю на руки, поднимаю их и заворачиваю за спину. Руки — это ваше проявление в мире, то, как вы взаимодействуете с окружающим пространством и как оно влияет на вас. Руки — это реализация. В короткой сессии человек сам себя развязывает. Происходит внутренняя психологическая работа. — Важно именно самому решить проблему? — Точнее даже — принять ситуацию. Человек чувствует себя стесненным, но особенность работы с веревками заключается в том, что ты, как только начинаешь расслабляться и принимать ситуацию, веревки как будто сами спадают с тебя, они расслабляются, и в этом я вижу невероятное чудо с шибари. Мне до сих пор непонятно, как это работает. Почему они так расслабляются, я же вроде туго вяжу. Когда именно человек сам начинает с собой работать, это прям чувствуется, идет приток сил и эмоций. — Как будто бы ждем, что откуда-то что-то прилетит. — В принципе, небезосновательно. Как говорят, живешь в России — булки береги. (Смеемся.) Береги булки смолоду. (Просто ржем.) Каждый воспринимает ровно столько, сколько способен сам ощутить. Ты никогда не сможешь подарить человеку любовь, если он этого не чувствует внутри. Шибари позволяет почувствовать границы своего тела, ощутить себя. Приходит понимание себя в пространстве, принятие себя как человека, родившегося с определенными целями, несущего опыт предков. Ты не просто так, у тебя вон сколько задач в этом воплощении! Первое, что ты понимаешь: «Я есть». Наше тело гораздо мудрее, чем наш ум, сознание, у тела есть своя генетическая память. Казалось бы, веревками мы ограничиваем тело, а на самом деле расширяем его возможности. — Скольких человек ты связывала, и кто эти люди? — Наверное, уже человек 50. Может, больше. — За 2 года это не так много. — Я единственный в Кургане мастер, кто этим занимается. У нас много закрепощенных людей с предрассудками. Не все мои родственники и знакомые это принимают, но я продолжаю, потому что это про расслабление и пусть к себе. Сначала моими клиентами были друзья — диджеи, музыканты, танцоры. Кто-то нестандартный. Затем на сессии стали приходить серьезные люди. Мои клиенты — это явно не тетя Маша с рынка. Чтобы понять, про что я говорю, надо иметь довольно развитый эмоциональный интеллект. Шибари — это искусство не для всех. Оперу тоже не все понимают. — Любишь слушать оперу? — Обожаю! — И петь? — Да! И пить! Налейте мне две оперы. (Хохочем.) — Сколько метров веревки уходит на одного человека? — На обвязку уходит от 2 до 150 метров веревки. У меня каждая веревка по 10 метров. Самое большое количество веревок, которое использовала, — 15. На такую вязку с подвесами уходит 2-3 часа. Веревки никогда не должны перетягивать. Если чувствуешь, что где-то пережимает, есть боль и сильный дискомфорт, то сразу говоришь об этом. Сразу же исправляем в моменте. Такого не должно быть. Первое правило шибариста — завязывай так, чтобы можно было развязать. Завязывается медленнее, чем развязывается. Обязательно запоминаю рисунок. — А было такое, что забыла? — Нет. (Смеемся.) Ты все равно идешь за кончиком. И узлы-то все стандартные используются. Я на каждый узелок я закладываю либо мантру, либо какую-то программу — «я счастлив», «я умен». Получается, когда человек самостоятельно развязывает каждый узелок, он эту программу внутри себя распаковывает. Веревки — это инструмент, который очень хорошо помогает человеку ощутить себя, свои границы тела, самому себя проработать, открыть новые ощущения. Я считаю, только через новизну мы становимся шире, интереснее. Новое не обязательно должно быть новым-новым. Как говорит один из моих учителей, в жизни должно быть как минимум 20% новизны всегда, каждый день. Не обязательно всё новое. У нас мозг заточен под ритуалы: просыпаешься, чистишь зубы, умываешься. То, что дает твоей психике стабильность. Для ребенка эти ритуалы — например, сон в определенное время — дают крепкость психики, устойчивость, фундамент. А новизна нужна для того, чтобы мы эту психику держали в тонусе. Не зря советуют ходить на привычную работу новым путем. Ищи новые пути. Потому что в этот момент ты расширяешься. — Зачем ты этим все-таки занимаешься? — Шибари — это не просто искусство, для меня здесь есть магический аспект. Раньше узлы имели сакральное значение. Даже первая письменность была узелковой. Первый счет был узелковым. Конечно, можно жить жизнь со всеми ее узелками, переживаниями, ходить по кругу, но для меня шибари — это когда ты из этих всех узелков делаешь прямую линию и идешь. Жизнь должна быть легкой, комфортной и в удовольствие. Страдать — это ненормально. Болеть — это ненормально. Грустить иногда полезно, чисто под осень, писать лирические стихи, но постоянно — это ненормально. Нормально — это идти и просто улыбаться, смотреть на мир глазами ребенка, без заморочек, без печальных опытов. Нас предал человек — хоп! — нельзя никому доверять. Плечи зажаты в оборонке. Ситуация давно прошла, а программа в нашем подсознании ведет и ведет. Это очень грустно. Так человек не может раскрыться на все 100%. Чем проще, тем лучше. Надо жить свою жизнь без оглядки на то, что скажут другие.