В Кургане мама, у которой изъяли детей из-за стримов, проходит реабилитацию

Около месяца назад курганцы обратили внимание на маму-тиктокера из Кургана. Многодетная мать на стримах вела себя неадекватно, после чего начались проверки, детей временно изъяли из семьи. Накануне в соцсетях вновь появились сообщения, в которых курганцы обратили внимание на поведение женщины и ее сомнительные прямые эфиры. Детский омбудсмен Алена Лопатина рассказала 45.RU, что сейчас происходит в курганской семье и угрожает ли что-то детям. Публикуем мнение Уполномоченного по правам ребенка в Курганской области. Ни мамы, ни папы сейчас в Кургане нет. В соцсетях опубликованы либо старые стримы, либо мама это делает не из дома. Семья сейчас проходит реабилитацию. Дети с ними не живут, они находятся в безопасных условиях. Никто ребятишек возвращать не собирается, до тех пор пока родители не покажут свою родительскую состоятельность. Сейчас используются государственные меры поддержки, чтобы помочь родителям справиться с пагубной привычкой. Ожидаю, что это продлится около шести месяцев. Но всё зависит от человека, так как реабилитация в любой момент может быть прервана. Мы будем смотреть на достижения в семье, обсуждать ситуацию с врачами-наркологами. Вместе с комиссией по делам несовершеннолетних семья проработала план своей реабилитации, в него входят работа, устройство быта, борьба со своими пагубными привычками. Семья выразила готовность ко всему этому. По поводу видео и эфиров, которые появляются в соцсетях. Людям давно нужно понять, что сама дама работает на публику и не всё, что она говорит в эфире, может быть правдой. Например, что она пьет из кружки, говоря, что пьяная? Публика не знает. Я не могу утверждать, но считаю — не всё, что мама говорила в эфире, является правдой. Это вызвано желанием эпатировать, заинтересовать интернет-аудиторию. Люди беспокоятся, им не безразлично, это хорошо. Но нужно понимать, что все органы системы профилактики в курсе ситуации и всё сделано, для того чтобы дети находились в безопасности и чтобы помочь этой семье прийти в норму. Мы не хотим, чтобы дети при живых родителях стали сиротами. Поэтому мы помогаем родителям, которые оказались на ступени некоторой деградации, хотим, чтобы они вернули себе высокое право называться родителями.