«Неужели правда? Разбились?»: жительница Кургана вспомнила, как в авиакатастрофе погибла её подруга

Жительница Кургана Надежда Дюрягина в молодости занималась в авиационно-спортивном клубе в селе Логовушка. В 70-е годы юные зауральские спортсмены летали на отчечественных и чехословацких самолётах, обучаясь фигурам высшего пилотажа. В 1971 году произошла трагедия: разбился самолёт, на котором практиковались летчица-спортсменка Лидия Чистякова и её тренер Владимир Протопопов. В те годы крушение самолёта широко не освещалось, поэтому Надежда Дюрягина, подруга погибшей Лиды, специально для 45.RU поделилась воспоминаниями о произошедшем.

Надежда Дюрягина познакомилась с Лидой Чистяковой в молодости. Юной Наде, мечтающей сесть за штурвал самолета, тогда было 17 лет, она приехала из деревни в Курган. Девушка пошла работать учеником токаря на Механический завод № 603, ранее эвакуированный в военное время из Харькова (сейчас завод известен горожанам под названием «Курганприбор»).

«Мастер подвел к наставнику, которым оказалась Лида. Я изучала теорию в учебном классе, а у нее работала за станком тв-320, точила и развертывала детали для металлорежущих машин», — вспоминает Надежда Афанасьевна.

После более близкого знакомства Надежда рассказала Лиде о своей мечте. Удивлению не было предела, когда выяснилось, что наставница уже летает в аэроклубе и участвует в соревнованиях. Лида пообещала Наде, что осенью устроит её в летный клуб в селе Логовушка.

«Всегда улыбчивая, жизнерадостная хохотушка, именно такой я ее и запомнила. Она забирала длинные волосы в тугой узел, порой ей даже мешала ее коса под шлемом во время полетов», — вспоминает Надежда Дюрягина.

Лидия умело совмещала летный спорт и работу на заводе. Ее фотография всегда висела на доске почета в цехе. Квалифицированный токарь 5-ого разряда, ударник коммунистического труда, она всю жизнь мечтала летать и получить образование летчика. В 1970 году ее приняли в Калужское летное училище. Но девушка уступила свое место возлюбленному Геннадию Ежову. Он стал учиться на дневном, а Лида перешла на заочное. На такое решение девушки также повлияло беспокойство о маме, её нельзя было оставлять одну.

В том же году на соревнованиях Лидия Чистякова получила звание мастера спорта и занимала призовые места на международных состязаниях по высшему пилотажу.

В аэроклубе спортсмены изучали аэродинамику, самолетовождение, устройство двигателя. Только после сдачи теории их допускали к практике. Первое, что все отрабатывают, «взлет-посадку», потом вылетают на маршрут вместе с тренером, отрабатывают виражи, скольжение и другие фигуры из простого пилотажа. И только после подготовки спортсменов отпускают в одиночные полеты.

Так, к примеру, выглядит контрольный пункт полетов. Он передаёт погоду, даёт задания летчикам, разрешает снижение, даёт добро на посадку. Иногда могут отправить на второй круг, если спортсмен забыл выпустить шасси. Если хотя бы один пилот допускает серьезную ошибку, например, собьётся с маршрута, то всю группу снимают с полетов и заново отправляют учить теорию.

Примечательно, что о достижениях курганских летчиков-спортсменов писали в газете «Советское Зауралье». Лидия Чистякова, к примеру, занимала второе место в соревнованиях Уральской зоны, которые собрали участников из Красноярска, Кемерово, Магнитогорска, Орска, Томска и других городов.

Однажды весной Лида отправилась в одиночный полет по маршруту. В тот день была солнечная погода, внизу виднелись реки и ручейки, трава еще не зеленела.

— Я 603-ий, докладываю, прохожу первый поворот, — сообщила тогда Лида по рации на КПП. На посту ждали, когда она пройдет поворотный пункт. Ее потеряли, стали запрашивать: «Где ты? Что видишь под собой?». Лида попыталась сориентироваться по местности, но поняла, что потерялась. Кругом стояла вода, местность сливалась, не определить, где находишься, — вспоминает те события Надежда Дюрягина.

В пункте инструктора тем временем по картам начали прокладывать маршрут летчицы. В это время у нее закончилось топливо, пришлось делать вынужденную посадку. Приземлившись, Лидия заметила деревню неподалёку. Оттуда к ней прибежали местные жители и сообщили, что она находится… в Казахстане! Через приемник она связалась с базой. За ней тут же выслали самолет, дозаправили и повели обратно на Логовушку.

После этого группу сняли с полетов. Разбирали случай Лиды и настоятельно просили идти по приборам, а не доверять интуиции.

В летном центре спортсмены практиковались на советских и чехословацких самолётах. Последние, называемые спортсменами «Зэтами», требовали большого мастерства и не прощали ошибок

«К 1970-ому году в аэроклубе было всего два самолета Zlin-326Т „Тренер“. Но летали в основном на отечественных ЯК-18А. Чехословацкие „зэты“ требовали тонкого управления, нельзя было зазеваться. Если потерял скорость, то самолет сам сваливается в штопор, из которого его трудно вывести. Наш „ЯК“ прощал многие ошибки, его использовали для начального обучения высшему пилотажу. На „зэтах“ же летали опытные мастера, — рассказал Владимир Полуянов, летчик гражданской авиации, проходивший обучение в летном клубе в 70-ые годы.

6 июня 1971 года стояла ясная погода. Лида вместе с инструктором Владимиром Протопоповым первыми отправились в полёт. Они отрабатывали фигуры высшего пилотажа на высоте 1200 метров на требовательном к навыкам пилота самолёте Z-326Т «Тренер».

Валя, одна из летчиц в группе Лиды, должна была лететь следом, поэтому не спускала глаз с самолета. Экипаж доложил КПП: «Задание выполнили, просим разрешить снижение на высоту и идти на Логовушку».

«Через мгновение раздался крик Вали: „Зэт пропал! Зэт пропал!“. Все встали, затаив дыхание и всматриваясь вдаль. Я ждала сигнала вместе со всеми. КПП запрашивал самолет. Ответа нет. Все сразу поняли — что-то произошло. Полеты тут же отменили и отправили начинающих спортсменов на электричке домой, остались только старшие товарищи и тренеры. Собрали машину с чехлом от самолета, отправили инструкторов к месту трагедии», — с тяжёлым сердцем вспоминает Надежда Дюрягина.

Инструкторы тогда говорили юной Наде: «Ты не поедешь с нами. Ты после этого будешь бояться летать». Но Надежда не могла оставить свою подругу. Напрасно мужчины пытались вытолкнуть ее из машины, пришлось брать девушку с собой. Ехали молча и в страшном оцепенении: «Неужели правда? Разбились?», — крутилось у всех в голове.

Самые страшные опасения подтвердились — самолёт упал, пилоты погибли.

Как предполагают в аэроклубе, после того, как Лида и Владимир попросили разрешение на снижение, самолет потерял скорость и вошел в штопор. Ему не хватило скорости и высоты, чтобы вернуть управление. Пастух, который вывел коров рядом с зоной полетов, видел, как самолет падал носом вниз и сильно ревел. Все происходило быстро. Если бы в земле была яма, они смогли бы вывести самолет в горизонтальное положение, обсуждали тогда спортсмены.

«Мотор полностью ушел в землю, хвост торчал вверх. Весь самолет сгорел за 7 минут. Обшивка расплавилась, остался лишь каркас. Тела лётчиков обгорели, ноги упирались в педали, руки вцепились в рули управления. Они пытались вывести самолет, но не смогли», — говорит Надежда.

Наде и её подруге поручили сообщить маме Лиды о трагедии. Вдвоем они приехали к дому погибшей. Мамы, Галины Семеновны, не было дома, поэтому лично сообщить страшную новость девушки не смогли. Галина вернулась домой и ничего не заподозрила. Привезла с собой два букета сирени: один домой, другой — на работу, порадовать дочку. Мама погибшей узнала о произошедшем, когда пришла на работу в цех и поймала многозначительные взгляды. «Что случилось? Что-то с Лидой? Она жива?», — вопрошала Галина Семеновна.

Ей стало плохо. Вызвали скорую, сопроводили домой. Галина всегда боялась за свою единственную дочь, дрожала над ней, беспокоилась, говоря: «Зря Лида выбрала такой опасный спорт».

Организацией похорон занимался аэроклуб. Маму погибшей вели под руки, Надежда Дюрягина несла портрет Лиды впереди похоронной процессии.

Лиду Чистякову и её тренера Владимира Протопопова похоронили рядом. На стеле между могилами летчиков установили пропеллер. Надежда Дюрягина и спортсмены клуба написали ходатайство, чтобы Галине Семеновне выделили квартиру. Они не могли оставить ее одну, поэтому старались заботиться о ней. И завод выделил ей квартиру в центре города.

После смерти Лиды Надежда Дюрягина по долгу дружбы заботилась о Галине Семеновне до самой смерти женщины. В честь Лиды Чистяковой Надя назвала свою вторую дочку.

«Лида навсегда останется и будет жить в нашей памяти. Ее жизнь — это история о высокой мечте и стремлениях, о доброте и смелости, о большой дружбе и преданности себе, своему делу и близким людям», — подытожила Надежда Дюрягина.