Директор театра им. Вахтангова: Зауралье наступает на тюменские грабли со слиянием театров и филармонии

В Курганском театрально-концертном объединении — смена руководства. Пост заняла Вероника Кирюшина, чей тюменский период работы в аналогичной структуре запомнился профессиональному сообществу не только хозяйственными решениями в разгар театрального сезона, но и громкими уголовными разбирательствами в отношении руководства Тюменского драмтеатра. Директор государственного академического театра имени Вахтангова Кирилл Крок в своей колонке объясняет, почему искусственное слияние филармонии и театров не оптимизирует расходы, а превращается в главный тормоз для развития культуры в регионе.

Филармония, театр кукол и театр драмы объединяются лишь общим термином «учреждение культуры». На деле же их природа полярна. В филармонии есть концертные программы и коллективы, в театре — репертуар и труппа. Даже у кукольного и драматического театров процессы выпуска спектаклей и специфика управления радикально различаются. Любой профессионал отрасли понимает, что творческие, производственные и административные циклы в этих учреждениях несовместимы.

Когда эти разные по эстетике и способу существования структуры сливают в одно объединение, практика не дает положительных результатов. Показателен пример Тюмени с её концертно-театральным объединением, которое существует уже 11 лет. В течение этого времени — бесконечная смена директоров, постоянные скандалы и уголовные дела.

В объединении нет ни экономической, ни творческой выгоды. Невозможно эффективно руководить тремя театрами и филармонией из одного кабинета. Слияние четырех бюджетов в одних руках лишь раздувает бюрократический аппарат. Оперативная деятельность театров и филармонии усложняется, потому что невозможно «объять необъятное» и знать, что происходит в каждом здании.

Власти пытались внушить, что концертно-театральное объединение привлекает бизнес и инвестиции. Но что мы видим в реальности? Экс-директор тюменского объединения, пришедшая работать в Курганскую область, как-то объясняла руководителю театра, что в этом месяце они не могут купить им оборудование, потому что оплачивают расходы симфонического оркестра. В итоге успешные коллективы становятся донорами для остальных. К примеру, Тюменский большой драматический театр фактически начал спонсировать другие творческие коллективы, которые влили в это пресловутое объединение.

При слиянии над учреждениями культуры появляется чиновничья настройка, которая сама ничего не производит, но распоряжается всеми доходами. Она решает, кто сегодня получит деньги, а кто останется ни с чем.

В Кургане в объединение входит Шадринский театр драмы, в Тюмени — Тобольский (находящийся за 300 км от центра). Директор Тобольского театра рассказывал мне, что они тратят один рабочий день в неделю только на то, чтобы отвезти бумажные документы в администрацию объединения. Любой вопрос — от реквизита до покупки колготок артисткам — требует личного согласования и подлинников документов.

Мне очень интересно узнать, зачем это чиновникам? При электронном документообороте такая модель не дает преимуществ. Утверждать, что управлению культуры стало легче работать с одним бюджетополучателем вместо четырех — несусветная глупость.

Очень грустно от того, что тюменский эксперимент очевидно провалился во всех смыслах, но в Курганской области его почему-то решили взять на вооружение. Сама жизнь доказала, что модель концертно-театрального объединения ошибочна, порочна и ни к чему хорошему не приводит.