Автор скульптуры быка Владислав Грозный рассказал о создании монумента в Кургане

В Кургане и около города есть различные достопримечательности, о которых жители знают, но никто не задумывается: а когда и кто это создал. Одна из таких — скульптура быка на повороте в микрорайон Тополя, на пути в Кетово. Автор проекта «Живой Курган» Владислав Грозный по счастливой случайности ехал в одном вагоне поезда с создателем этой скульптуры и записал интервью о том, как этот монумент создавался. Мы с разрешения Владислава приведем это интервью в его авторской колонке. На повороте в микрорайон Тополя в Кургане установлена скульптура быка. Многие курганцы хотя бы раз проезжали мимо нее, а местные жители в качестве ритуала красят нижнюю часть скульптуры. Несмотря на известность в народе, в открытых источниках информации об этой скульптуре почти нет. Автору «Живого Кургана» попался в интернете лишь пост в «Одноклассниках», где только указано, что скульптура якобы создана в начале 1970-х годов, а ее автором является некий Захаров К. П. Однако в открытых источниках нет информации об этом человеке и чего-либо, что подтверждает истинность этого поста. С автором сообщения также связаться не удалось. По невероятному стечению обстоятельств, автору «Живого Кургана» удалось встретить в поезде создателя этой скульптуры — 85-летнего Стрекалёва Геннадия Васильевича. Он, как главный инженер, участвовал в строительстве совхоза «Пригородный», некоторых курганских школ, филармонии и центрального рынка. И он подробно рассказал «ЖК», как создавалась скульптура быка. Открыли ее 29 апреля 1979 года. — Геннадий Васильевич, как вам пришла в голову эта идея? — В конце 1970-х годов я работал главным инженером сельскохозяйственного объединения «Изобильное»». Наше объединение регулярно было представлено на ВДНХ. И когда я бывал в командировках, я специально приезжал и смотрел. Мы занимались производством овощей и колосовых. Очень высокий урожай получали. Второе направление нашего хозяйства — животноводство. У нас были высокие удои, благодаря тому, что у нас скот был породистый. Мы его закупили в Калининграде. А в Калининград этот скот пришел, видимо, из Германии. Мы занимались воспроизводством вот этих племенных бычков и телочек и продавали их. На всю область было одно наше объединение, которое занималось разведением черно-пестрой породы. Это очень молочная порода. Мне пришла в голову идея как бы увековечить нашу деятельность. Я пришел с предложением к генеральному директору объединения Весне Алексею Михайловичу. Предложил на въезде поставить быка. Он спросил: «А кто же его будет делать?» Я ответил, что я. Алексей Михайлович сказал, что лучше тогда поставить корову. Я ему доказал, что всё-таки воспроизводством стада занимается не корова, а бык. Ну и в конце концов он махнул рукой и сказал: «Хочешь — делай». И я начал. Сначала нарисовал на бумаге, согласовал размеры с главным зоотехником. Она мне тоже помогла. В проекте получился очень крупный бык — на 2,5 тонны живого веса. В холке он где-то был 2,7 метра. Я пришел к генеральному директору, и он мне сказал, что это будет слон, и люди будут шарахаться и бояться ездить по нашей дороге. Он попросил сделать поменьше. Я пересчитал на полторы тонны. Он немножко поменьше стал. Но я считаю, что я это зря сделал. — Почему зря? — Мне показалось, что скульптура издалека будет казаться мелкой. А я хотел, чтобы бык крупный был. После этого я начал его делать. Начал со снабжения. Начальник снабжения привез плиту толщиной где-то 25–30 мм размером где-то 1,5 на 2,5 м. Я заказал рулон проволоки катанки. Дал сварщику команду, чтобы он нарезал. И мы связали отрезки пучком. Я показал пальцем, вот здесь приваривай этот пучок вот сюда, а вот этот сюда, а вот этот сюда. Он спрашивает: «Что будет-то?» Я говорю: «Потом узнаешь». Я всё вручную рассчитывал, вроде нормально рассчитал. На следующий день уже был приваренный остов. И дальше ноги к животу подводили. Четыре ноги сделали, тогда уже люди начали догадываться, что тут будет. Потом начали конструировать живот. Впереди у него один размер, а сзади другой. И так постепенно мы со сварщиком сделали основу этого быка. Хвост был вначале опущен. Но я понял, что бык с опущенным хвостом не будет смотреться. Он как бы замер, а я хотел, чтобы он был как бы живой. Я взял этот хвост и прижал к левой холке. Сварщик напугался: «Что вы делаете, Геннадий?» Я говорю: «Приваривай, и бык у нас будет смотреться совершенно по-другому. Он будет уже не в статике, а в динамике, как бы в движении». Дальше быка нужно было покрыть алебастром, песком и глиной. Я пригласил знакомого архитектора с завода Кургансельмаш. Получился красивый бык. Потом его покрасили. Когда скульптура была готова, подогнали кран и автомобиль «Колхида». А строители соорудили тумбу с большим анкером и крупной резьбой, чтобы можно было хорошо прикрутить этого быка. Раньше дорога была далеко. Начали быка поднимать, но кран был малосильный, всего шесть тонн, а бык тяжелый. Из-за этого кран начал переворачиваться. Я дал команду, чтобы люди съездили, напилили брус и подставили под эту сторону, чтобы он не переворачивался. Подставили, значит, всё закрепили. Я как сейчас помню, как он шел, как поворачивался, как он садился на тумбу. Я сам пошел, конечно. Рисковать я не дал никому. Мало ли что оборвется. Посадили на анкер. Я взял большую гайку, специальный ключ, закрутил, кувалдой прижал. Так и поставили. Генеральный директор в день открытия, как положено, разбил бутылку шампанского о скульптуру, и все прокричали «ура!» Это было 29 апреля 1979 года. То бишь быку скоро будет уже 47 лет. Ну и бык этот стал своеобразным символом города Кургана. Где бы я ни был: в Казахстане, в Узбекистане, в Прибалтике, там, узнав, что я из Кургана, вспоминали академиков хирурга-ортопеда Гавриила Илизарова, селекционера Терентия Мальцева и быка. — Вы удивились, что эта скульптура была настолько известна? — Конечно. В какой-то степени я был горд, что создал такой объект. Но обидно то, что длительное время никто его не брал под свою ответственность. Наверное, и сейчас никто на учет его не взял. Ни город, ни Кетовский район. Глава района говорил, что это городская территория. Я пытался его сдать в отдел культуры, но там сказали, что у него слишком маленькая цена, чтобы быть объектом культурного наследия. На тот момент мэр Кургана Анатолий Ельчанинов тоже отказался заниматься быком. Так бык оказался бесхозным и ничейным. Конечно, прискорбно видеть, когда ему отбивают рога, кольцо и так далее… Надо его беречь, это же единственный такой наш объект. Пусть он был спонтанно придуман, но и совхозов этих уже практически нет… — Кстати, а как вы относитесь к тому, что у студентов есть традиция красить быку яйца? — Мы с другими руководителями, когда это заметили, просто поулыбались, и всё. Хочется молодым ребятам порезвиться, ну и пусть они резвятся. Мы на это дело смотрели очень легко и просто. Мы не считали, что это какое-то там хулиганство и так далее, просто считали, что это баловство. Всего-навсего. — А вы на что-то ориентировались, когда его создавали, чем-то вдохновлялись? — Нет. Я просто чувствовал, что всё получится, и это будет на года. Думаю, он будет стоять 100 лет минимум. Может, даже больше будет стоять. — Вы согласились дать интервью только спустя почти 50 лет. Почему раньше отказывались? — По природе я человек скромный. Я не считаю, что это какая-то великая заслуга. Мне просто пришла в голову идея, и мы ее с директором осуществили. Поэтому раньше не рассказывал об этом событии журналистам, хотя они в разное время меня неоднократно об этом просили. А сейчас уже солидный возраст и у меня, и у скульптуры. Захотелось, чтобы не забылось это событие. Если я останусь в истории, то останусь, а если нет — так нет. Жизнь я прожил замечательную, а это просто один из ее эпизодов. Считаю, что я сделал много более ценных вещей для Кургана. Спустя пару лет на повороте в микрорайон Черемухово появились скульптуры коровы и теленка. После этого некоторые курганцы стали считать, что эти скульптуры и бык — части одной композиции. По словам Геннадия Васильевича, этими объектами уже занималось другое предприятие, и они никак не связаны со скульптурой быка.