Как стартапер из России переехал в Тель-Авив — затаривался просрочкой и встретил террориста

Семен и Оксана Шперлинги уехали в Израиль в конце февраля. Решение приняли буквально за 40 минут. Супруги бросили квартиру, оставили кошку родителям и спустя три недели уже имели по два гражданства. Релокация, больше напоминающая паническое бегство, скорее удалась. Но в процессе пара узнала о множестве подводных камней. Историю переезда и первого месяца жизни Семен описал для НГС. Исход Мы планировали переезд давно, но без конкретики, а «когда-нибудь», и в итоге оказались не готовы, когда определяться пришлось быстро. Ключевые решения я принимаю взвешенно, с помощью моделей, и обычно я успокаиваюсь вероятностями, но в конце февраля цифры вызвали острую панику. Расчеты показали, что в делах наших светлых настал дичайший, кромешный ад, 100%, без шанса исправить и как-то снизить шансы или воздействия риска. Те три дня, что я анализировал ситуацию, были, вероятно, самыми жесткими за прошедшие 10 лет. Но окончательное решение мы с Оксаной приняли за 40 минут. Утром планы были одни, а в обед мы уже ехали в такси в аэропорт, прямо в машине покупая билеты с телефона (как оказалось, последние). Сервис [покупки билетов] лежал, окно выдавало ошибку 503 (по техническим причинам сервер временно не имеет возможности обрабатывать все поступающие запросы. — Прим. ред.). У нас были билеты в Таиланд, но мы их сдали. Могли поехать в Грузию, Армению или Турцию, но выбрали Израиль. Перед покупкой билетов в Тель-Авив нам пришло сообщение, что самолеты уже разворачивают в воздухе [обратно в Россию]. Но нам повезло. Еще сложнее было на границе без документов [о наличии еврейских корней]. К счастью, я нашелся в еврейской базе, иначе могли депортировать. Я вообще не могу сказать, что хоть что-то в тот день было полностью под контролем. За два часа мы узнали следующие неочевидные нюансы: как заполнить анкету на въезд в Израиль, подгрузить QR-код вакцинации, сделать заранее оплаченный ковид-тест в аэропорту Бен-Гурион, снять ковидный отель на Airbnb, что возможно только со входом через VPN, который стремительно разряжает телефон... Кстати, за всё это надо платить, а деньги лежат на заблокированном счету и карта не работает. Депортировать нас могли и по другой причине. Когда пограничники спросили о цели прибытия, я начал говорить честно, вместо того чтобы сказать волшебную фразу, что «я хочу сделать центром жизни Израиль». Я, разумеется, хочу, но это далеко не единственная причина же! Допросы вместе с ожиданием заняли шесть часов, и я жутко боялся, что сейчас нас отправят обратно. Это был ад. Сейчас процедуру сильно облегчили, и всё стало гораздо проще — если смотреть на израильские процедуры. Но у границы две стороны. Родители узнали, что я в Израиле, только когда я им позвонил из аэропорта Бен-Гурион и попросил скинуть мне в телегу документы для пограничников. Мама сильно переживала и, кажется, переживает до сих пор. Я попытался объяснить ей всё с логической точки зрения, но не уверен, что это получилось. Но я несу ответственность за будущее своей семьи — и вот такие у меня стратегические решения. Лучше я буду использовать тревогу для активных действий по расширению коммерческих возможностей, чем закрываться от нее, сужая зону комфорта до невозможности пошевелиться. На месте Недавно мы с Оксаной получили гражданство. Этот процесс немного упростили и при этом очень сильно ускорили. Несмотря на огромнейшие очереди, проверка новых репатриантов при наличии у них документов на месте занимает считаные дни. В нашем случае процедура заняла три недели. К счастью, мы оба работали удаленно и можем продолжать заниматься тем же, чем и в Новосибирске. Я [занимаюсь] автоматизацией отделов продаж, и на эту услугу нашел заказчиков из русскоязычной диаспоры. Это, что называется, быстрые деньги. Люди, которые владеют английским хорошо (а не как я), могут рассчитывать на увеличение числа потенциальных клиентов. Мой стартап, которым я занимался в Новосибирске, пока не приносит здесь денег. Перелет до Тель-Авива обошелся нам… точно говорить не буду, но цена конски отличалась от старых цен. А вот на месте обустроиться можно достаточно бюджетно, несмотря на то, что здесь всё достаточно дорого. Взять в аренду простую «трешку» здесь стоит 3,5 тысячи шекелей в месяц (около 1 тысячи евро или 80 тысяч рублей. — Прим. ред.), и это без коммуналки. Проехать на автобусе до полутора часов — 6 шекелей (около 2 евро), во столько же обойдется литр бензина АИ-98. Бутылка колы стоит 10 шекелей (около 3 евро), ведро хумуса — 15 (4 евро). Если хочешь поесть вне дома, обед на одного обойдется тебе в районе 50 шекелей (14 евро). В крайнем случае можно воспользоваться «магазинами», которые бесплатно предоставляют продукты с истекающим сроком годности. Мы до такого финансового дна не дошли, но на экскурсию на всякий случай сходили и даже затарились. Всё было съедобно, не умерли. Заветное слово [еврей] в старых документах дает право на корзину абсорбции — широкий набор льгот и скидок, бесплатное обучение, даже шекелей на первое время отсыпят в мешочек. Но чтобы сюда переехать, необязательно иметь корни. Хорошо зарабатывают медики, айтишники и предприниматели в сфере хай-тек. Нееврейским технарям выдают вид на жительство и рабочую визу. В перечисленных сферах рынок труда ощутимо перегрет, причем не спросом, а предложениями работы. Минимально возможная зарплата по закону — 5300 шекелей (1,5 тысячи евро или 125 тысяч рублей). Средняя — 11 тысяч (более 3 тысяч евро или 260 тысяч рублей). Middle-программист будет получать 25 тысяч (7 тысяч евро), еврейский врач — до 70 тысяч (до 20 тысяч евро), еврейский адвокат, по слухам, до 200 тысяч (до 55 тысяч евро). Российские дипломы здесь вроде как подтверждаются, но я не знаю, насколько это сложно. Примерно четверть населения Израиля говорит по-русски, есть русскоязычные СМИ. Новая жизнь Почти всё здесь — незнакомое. Я искал не теплый климат и сочный фалафель, а возможность работать. Начинающий стартап завязан на сообществе, инвестициях, правовых гарантиях. Еще — на серверах, комплектующих и онлайн-оплате. Сейчас в России из всего необходимого списка остались только талантливые руки. Существуют мнения, что запускать стартап, находясь в РФ, всё еще возможно. Смелая гипотеза, но проверять я ее, конечно же, не буду. Израиль местами похож на Россию, но многих привычных вещей здесь нет. Как материальных (жена долго не могла найти крем, которым она пользуется, а мне не хватает домашнего компьютера), так и каких-то неуловимых, на уровне восприятия. Единственная моя надежда на динамическую стереотипизацию, способность мозга привыкать и отвыкать. Но на это нужно время. Пока я утешаю себя тем, что мы с женой переживем временный дискомфорт ради постоянных возможностей. Наверное, кошка тоже восстанавливала бы уровень комфорта, но пришлось оставить ее в Новосибирске. Миграционная служба Израиля подготовила подробный чек-лист процедур для перевозки разрешенных животных, где указано, какие паспорта, чипы и прививки ей нужны, но у нас просто не было времени всё это делать. Сейчас киса у родителей, и я надеюсь, что она скоро тоже релоцируется. Безопасность Сказать, что я попал из опасного места в безопасное — нельзя. Несколько дней назад буквально в 500 метрах от нас устроили настоящий «контрстрайк». Террорист с переделанным страйкбольным приводом напал на спальный район. Спустя четыре минуты его уже ликвидировали, и всё, что я видел из окна автобуса, труп и толпу полицейских. Буду честен: как раз сейчас в стране опасная активность, какой не было с 2015 года. Но страха у местных жителей я не заметил. Не уверен, что сбиваемые «железным куполом» кустарные ракеты и смертники с ножами на остановках делают обстановку опаснее, чем у нас по вечерам на Затулинке. Получить право на оружие тут сложно. Для гражданских существует всего несколько опций. Через три года проживания, собеседования, курсы не только по огневой подготовке. И это после закона 18-го года об упрощении контроля за огнестрелом. Ностальгия Мне было комфортно в сером заснеженном Новосибирске. Потому что всю свою жизнь я провожу глядя в монитор. Острый приступ ностальгии начался, когда привычные объекты моего мира блокировались, закрывались и разрушались. Можно сказать, что физически уехав из города, я вернулся назад, в привычную для себя среду. Очень надеюсь, что общаться с деловыми партнерами, друзьями и родственниками я буду в тех же мессенджерах. А как теперь жить без конфет «Птичье молочко» и минеральной воды «Карачинская» я представляю — закажу их почтой. Ранее НГС публиковал историю журналиста Саши Симутиной, которая уехала в Армению.