Как Артемий Татьяныч поссорился с Екатериной Михайловной

Интернет замер в предвкушении битвы века. Екатерина Мизулина обиделась на Артемия Лебедева. Она подает на него в суд за злые слова о ней лично и об ее организации «Лига безопасного интернета». Очевидно, что на наших глазах происходит финальная битва — нет, не добра со злом, а старого, посконного Интернета с новым, таким, каким он стал теперь. Предугадать результат битвы легко. Артемий Лебедев — олицетворение того самого изначального, самого первого интернета в России начала–середины 1990-х гг. Язык «падонков», «Зачем вы травите», «Привет, Медведь», «Пойдём-ка, покурим-ка» и — страшно сказать — «Владимир Владимирович™». В оригинале фразы звучали по-другому. Но теперь, в соответствии с законом «О государственном языке Российской Федерации», писать в СМИ очень желательно с соблюдением норм языка. Это было не очень понятное нынешней молодежи явление. На нынешний вкус это был очень грубый, нарочито хамский мир снобов и безработных воинов. Они разговаривали матом, обещали пробить по ip, пропагандировали запрещенные вещества, делились ссылками на очень неразрешенное порно, а власть критиковали в той же мере и в той же тональности, как противника на интернет-форуме. Тогда было не принято замазывать срамные места на фото и рисунках, ставить звездочки в матерных словах, зато все говорили ровно то, что хотели, как бы грубо это ни звучало, а возможность высказать свое мнение зачастую ценилась выше, чем смысл высказанного. Это был чистый киберпанк, антиутопия, «Безумный Макс», а те, кто жил там, на полном серьезе считали себя Нео, бродящим среди симулякров Матрицы. Это был очень мужской мир. Обижаться там было признаком слабости. Признаваться в слабости можно было только в виде ёрничанья, а «родился девочкой — терпи». В те времена жаловаться можно было только администратору форума, а самое страшное наказание было — бан. Артемий Лебедев был там с самого начала. Он во многом был со-творцом этого мира, его эстетики, языка, нравов, обычаев. Заглавная страница «Яндекса» — это его творение. Его минималистическая версия с одной только строкой поиска — непревзойденная и неоспоримая вершина веб-дизайна той поры. Он был младшим в той среде, но из ранних. Наглых, успешных. И его слоган был матерным. Но вот штука. Те падонки из Интернета очень хорошо знали, где начинается Интернет и где заканчивается. Тот же Артемий Лебедев, брутальный нигилист и свободный художник, с удовольствием осваивал бюджеты госкомпаний и госучреждений. Это сейчас «а что такого», а тогда это было… ну… не особо афишировалось, в общем. Он отлично понимал, где «бизнес-линч», а где просто бизнес. Тем смешнее, а главное — симптоматичнее, была его ссора с журналом «Афиша» в 2010 году, когда его обозреватель назвала в своей рецензии официанток в ресторане Лебедева «толстыми тетками». Он разразился гневной речью, обличающей бодишейминг, и очень показательно (для нас сегодняшних) сказал: мол «такой эпитет является недопустимым для такого уважаемого издания», а «главный журнал о культурной жизни не должен называть людей толстыми». Понимаете? В своем уютном бложике вы можете говорить что угодно, например: «В Америке очень распространено явление чирлидинга. Это команда красивых жопастых-сисястых телок… Жирных и одноногих в чирлидеры не берут». А вот в цветном журнале — уже ни-ни. Это в Интернете Тёма Лебедев устраивает свои знаменитые конкурсы «сиськи месяца» (за «сиськи года» полагались $ 2 000), а в обычной жизни он полон уважения к женщине и никогда бы себе ничего такого не позволил. В этом и было, пожалуй, главное отличие того, старого Интернета от того, которым мы пользуемся сейчас. У него была глухая стена, которым он был отгорожен от «реальной жизни», как тогда говорили. Екатерина Мизулина же — олицетворение нового интернета, в котором живут уже самые обычные люди. Это 20 лет назад фраза: «В интернет по паспорту», была смешным мемом и вызывала смех именно потому, что представить себе такое было невозможно. Сейчас, если вы не прикладываете какие-то особые, зачастую криминальные усилия, найти вас «в реале» — дело секунд двадцати. И дело не только в потере анонимности. Слова и действия в интернете перестали отличаться от слов и действий в обычной жизни. Ханжество и мораль современного общества не просто проникли в интернет — они стали его обычными атрибутами. Это не наша национальная особенность — так во всем мире. Как в обычной жизни безопасность является прерогативой государства, так и в интернете теперь правоохранительные органы забрали себе функции строгого, но справедливого модератора форумов. И простым баном ты теперь не отделаешься. Екатерина Мизулина действительно не занимает никакого государственного поста — это Артемий Лебедев правильно сказал. Ну так и что? А он какой пост занимал, когда шеймил, оскорблял и унижал людей в интернете? Как Екатерина Мизулина с ее «Лигой безопасного интернета» сама назначила себя главной по борьбе с педофилией и экстремизмом в интернете, так же и Тёма назначал себя главным по дизайну, главным по путешествиям, главным по эстетическим воззрениям. 49-летнего Артемия Лебедева и 39-летнюю Екатерину Мизулину многое объединяет. Во-первых, у обоих статусные и по-своему очень талантливые мамы. Оба учились сперва за границей, а потом в МГУ. Оба не просто ничего не имеют против власти, но во многом получают от нее поддержку. У обоих есть солидный опыт противоречий с оппозиционерами. Оба как бы делали свои карьеры сами, но каким-то образом 22-летний Тёма получил в 1997 году заказ от Центробанка РФ на создание сайта, а немногим старше него Екатерина стала управляющей фондом «Правовая столица» (на самом деле все достаточно понятно в обоих случаях). Оба собирались спасать мир. С Мизулиной все понятно — от педофилов и экстремистов, а Лебедев взял девизом своей студии: «Дизайн спасет мир», что довольно многозначно. К сожалению, приходится констатировать: педофилов и экстремистов в мире все еще очень много, и дизайн, увы, пока никак не помогает победить зло. В том, что Екатерина Мизулина легко выиграет все суды против Лебедева, никаких сомнений нет. Слишком уж он подставился. Думал, раз его только в интернете покажут, то можно себя вести так, как в интернете. По старой памяти. Ну и это жалкое: «Я не борюсь с женщинами». Очень благородно и велеречиво, но ведь он там в интервью не женщину Екатерину Мизулину оскорбил. Очень наивно так думать. Ну или Тёма по старой привычке прикидывается, что не понимает. Он ведь своими старыми падонковскими приемами выступил против нового Интернета. Такого, каким его делает не только Екатерина, но и полки куда более уверенных в себе людей. Так что быть Тёме забаненным, пристыженным и попранным со всей яростью и неумолимостью нового, чистого, безопасного и светлого Интернета. А там, может, и вспомнят, что бывает с теми, кто дает интервью иноагентам. Почитать про это можно тут и тут.