«Какие рабочие места? О чем мы тогда думали?!»: как Александр Ильтяков с братом и другом построил бизнес в 90-е

30 лет назад, в 1995 году, Александр Ильтяков вместе с братом Дмитрием и армейским другом Дмитрием Кашириным арендовали в селе Частоозерье небольшой цех. В начале им пришлось самим делать колбасу, работать грузчиками, водителями, спать на бетонном полу прямо в цехе. Пойти на столь рискованный и отчаянный шаг их подтолкнуло безденежье. Как у них получилось построить бизнес в лихие 90-е и поднять село, Александр Ильтяков рассказал 45.RU.

Александр Ильтяков в начале 90-х служил в армии и мечтал, как приедет домой, найдет работу, заведет семью. В свободное время будет ездить на дачу, собирать ягоды и грибы в лесу, рыбачить. Вместе с другом Дмитрием Кашириным вернулся из армии 8 ноября 1991 года.

— Получилось так, что мы ушли в армию в одной стране, а пришли в другую. 90-е были лихие, веселые. Как-то выживать надо. Дмитрий Каширин устроился на предприятие, в литейку, к своему отцу. Я по первому образованию электрик, тогда не смог найти работу по специальности, пошел к своему папе в автоколонну № 1230, сверловщиком. Через полгода меня пригласили на Курганский мясокомбинат электриком на «холодильник», то есть я работал не на основной территории предприятия, а на вспомогательной, — говорит Александр Ильтяков.

В 1994 году он пришел на мясокомбинат, как обычно, в 07:30. На входе его встретил руководитель подразделения Сергей Рыжков и спросил, зачем он пришел. Работник удивился, но оказалось, что три месяца назад он, не читая, расписался в ведомости — его ставку сократили. Для Ильтякова новость о том, что он остался без работы была как гром среди ясного неба. У него уже была своя семья: жена и маленький ребенок. И он стал таксовать.

— А потом мой дружок Леонид Кузовков, мы вместе с ним в армии служили, мне предложил закупать мясо в Курганской области и возить его на север Свердловской. То есть подешевле скупаем, подороже продаем. И мы поехали в восточные районы Курганской области. И мы полгода занимались этим закупом, а в марте 1995 года мой дружок со всеми деньгами исчез. И остался я у разбитого корыта, — вспоминает Ильтяков.

После предательства друга Ильтяков задумался о смысле жизни и вере, о которой до сих пор убежденный противник религии и не помышлял.

— Мама, заметив мое упадническое настроение, говорит: «Сходи покрестись». Я отвечаю: «Мама, ну как я могу пойти покреститься, если я не верю? Это бред какой-то, ты что?» Я таким богохульником был и за всё, за всё получил. В конце концов я решил почитать Библию. Сначала мне было очень тяжело, но заставлял себя. А потом я охренел, Библия — это же книга жизни. А я противлюсь Богу! Какой я дурак! — делится Ильтяков.

После крещения, собеседник признаётся, «даже солнце стало светить по-другому», появились силы и… одна безумная идея.

— А зачем мы возим мясо в далекие регионы? Стоит брошенный цех в Частоозерье, который работал в весенне-осенний период для переработки бракованного скота. Зачем возить мясо с костями? Если проще здесь сконцентрироваться, делать из мяса колбасу, а уже колбасу возить. Во-первых, меньше надо будет задействовать транспорта, во-вторых, появятся рабочие места. Какие рабочие места? О чем мы тогда думали?! — отмечает Александр Ильтяков.

Он поехал в Частоозерье и договорился с руководителем райпо Владимиром Алябышевым об аренде цеха. Цену за аренду назначил в 1 млн рублей в месяц. Но деньги брать Алябышев отказался и сказал купить новый котел для законсервированного хлебокомбината. Перед Ильтяковым встал вопрос: где взять деньги?

— Я прихожу к папе и говорю: «Пап, деньги нужны». Он мне отвечает: «Где я тебе возьму их?» Я ему говорю: «Папа, машина же на тебе. Давай продадим». Он на меня посмотрел, выругался и сказал: «Эх, делайте вы что хотите!» Машину мы продали за 12 млн рублей. За 11 млн 400 тысяч покупаем котел КВ-300, на оставшиеся 600 тысяч — 10 тонн угля, которых должно было хватить на отопительный сезон, — рассказывает Ильтяков.

Взяв цех в аренду, Александр вместе с братом Дмитрием и другом Дмитрием Кашириным приехали в село Частоозерье. Начали с косметического ремонта: стены белили, приклеили отпавшую плитку. Потом наняли мастера, который будет делать колбасу, и стали работать. Начало было положено 18 сентября 1995 года — теперь это дата рождения предприятия.

— Прошел месяц, мы решили посчитать выручку. Мы же еще у бандитов взяли деньги под 20% в месяц. Если не вернешь, то цена за долг проста — твоя жизнь. А еще, оказывается, надо рассчитаться за электроэнергию. Подходим к счетчику, а к нему привязана вся кооперативная улица, и люди бесплатно пользуются нашим электричеством. Коммунальные службы нам заявляют, что надо заплатить за три куба воды. <…> И самое главное — закончился уголь, которого должно было хватить на весь отопительный сезон, — вспоминает старший Ильтяков.

Начинающие предприниматели стали думать, как им быть дальше. Звучали разные предложения. Был и вариант всё бросить. Но Александр предложил начать всё с нуля, ведь год аренды уже был оплачен. Деньгами, полученными за товар, они рассчитались с долгами перед бандитами. Но на зарплаты не хватило, поэтому мастер ушел. Поставщикам предложили забирать мясо под реализацию, а рассчитаться с ними после того, как продадут колбасу. Только благодаря этому, говорит, и выжили. Колбасу решил делать сам Александр Ильтяков. Первую он готовил трое суток.

— Я сел за книги. Слава богу, в арендованном цехе их было очень много. И я, как молодая хозяйка, брал поваренную книгу и изучал рецепты. Для одесской колбасы нужно было взять 65 килограммов говядины, 10 килограммов свинины полужирной и 25 килограммов шпика. Я всё сделал, приготовил смесь № 1: взвесил чеснок, соль, перец и смешал. Дальше читаю технологический процесс. Сварить, пожарить, скоптить при такой-то температуре. Я нарисовал для себя схему прямо на бумаге, что и как буду делать, — говорит Ильтяков.

Позже троица разделились по направлениям: Дмитрий Ильтяков стал заниматься финансированием, бухгалтерией, отчетами и реализацией продукции, Дмитрий Каширин отвечал за снабжение предприятия, а Александр Ильтяков — за производство и технологию.

В 1997 году они выкупили цех у райпо. Ильтяков задумался о том, что надо наладить деловые связи в Москве, и поехал в столицу.

— В те годы бандитизм был страшный. У тех бандитов, у которых мы деньги перехватили, спросил, где находится курганская группировка в Москве. Я хотел с ними просто поговорить, чтобы узнать, с кем можно дела делать, чтобы меня не кинули. Чтобы ошибок не совершить. Никакую крышу, защиту не искал. Мне сказали, что курганские базируются в гостинице «Берлин» на Варшавском шоссе. Я еду в Москву на своем автомобиле ВАЗ-21099, селюсь в эту гостиницу. Звоню, договариваюсь о встрече. В вестибюле с одним парнем поговорили, кофе попили. Он обрадовался, что встретил земляка. Объяснил, с кем можно иметь дело, а кто кидает. На следующий день купил себе телефонный справочник и карту Москвы, обзваниваю всех, у кого начинается название с «Мясо…», и договариваюсь о встрече, — вспоминает Александр.

В Москве он встретил профессора мясной отрасли Вагина Виктора Васильевича, по чьему учебнику учился готовить колбасу.

— Мы с ним сидели несколько часов, разговаривали. Он видит, что я бестолковый, и говорит: «Ребятишки, вам бы поучиться». Ему отвечаю: «Да я не против, а куда пойти-то? Хотим мы эти знания получить, в первоисточник окунуться». Он мне посоветовал поехать в МГУ на факультет прикладной биотехнологии или к Казюлину Геннадию Павловичу, — говорит Александр Ильтяков.

Сразу же от профессора он поехал в вуз, чтобы узнать, как поступить на заочное отделение. Уже в сентябре вместе с братом Дмитрием начали учиться: каждый месяц они ездили на своей машине в Москву. Рекорд братьев — 23 часа за рулем, сменяя друг друга. На защиту дипломов они единственные из всего потока привезли свою продукцию, на что преподаватели, по словам Ильтякова, сказали: «Вот оно, новое поколение предпринимателей!»

— Конечно, было сложно и трудно. Нам помогла вера в Бога, вера друг в друга, уверенность в самих себе, самоотверженность. Мы не жалели себя, каждый день нужно было пахать и пахать. Боролись со своей ленью. Только так, через огромный труд можно чего-то либо достичь, — считает Ильтяков.

Предприятие прошло ребрендинг и превратилось из непонятной аббревиатуры ЧКЦ в знакомый «Велес», по имени бога плодородия, и обрастало новыми направлениями: аграрное подразделение, свиноводческое, комбикормовый завод и элеватор. Вместе с бизнесом росло и село.

— Денег не было, были только мечталки, хотения и страдания от того, что мы живем в каком-то дерьме, на неосвященных улицах, без дорог. Но почему я должен ехать куда-то и быть паразитом за счет кого-то? Я должен сам это сделать для себя. Это же мне надо, — утверждает Александр Ильтяков.

Предприниматели пытались найти диалог с властью. В 1996 году Частоозерский район возглавил Сергей Бекишев. Он не разрешал продавать цех до тех пор, пока Ильтяков не станет частоозерским. Александр встал на налоговый учет в селе. Цех они с братом и другом смогли выкупить. Казалось, все условия выполнили, но бизнесменов стали прессовать.

— Целый год ежедневные проверки с утра до ночи. Все 16 служб, которые были, с утра приходили, уже стучались в дверь. Мы в 6 часов утра привозили людей на производство. Я закрывался, вешал амбарный замок снаружи, залезал в окно. В 10 часов вечера людей развозили по домам. В такой блокаде работали, — вспоминает Александр Ильтяков.

В 2008 году в один из дней на мясокомбинат заявился пьяный полковник МЧС с внеплановой проверкой. Охрана не пустила инспектора в таком виде на предприятие. Тот подал на Ильтякова в суд. Александра разозлило такое отношение к бизнесу, он обратился к президенту и премьер-министру. Бумага дошла до адресатов. Ильтякова вызвал проверяющий из Екатеринбурга по делам обращений.

— Захожу, он сидит там, телефон крутит. Говорит мне: «Рассказывай». Ему всё сказал, как написал. Он меня выслушал и говорит, что я могу быть свободен. Тогда я отвечаю: «Хорошо, я в следующий раз больше не буду обращаться, я буду поступать сам. В следующий раз, когда меня придут закрывать, я их уничтожу без суда и следствия, потому что они приехали забирать мой хлеб. Я ни у кого ничего не украл, я не нарушил закон. За что меня закрывать, лишая меня и мою семью куска хлеба?» Он кладет телефон и говорит мне, что рассказывай, как всё было. <…>Тогда проверяющий берет телефон и звонит: «Слова предпринимателя подтверждаются», — рассказывает Александр Ильтяков. В итоге полковника сняли.

Ильтяков вспоминает: когда они приехали в Частоозерье, то это было глухое село, никому неинтересное. Ему было больно видеть, как люди уезжали в поисках лучшей жизни. С 1996 года он стал делать забеги на День Победы. В первый год собрал сотрудников предприятия, потом уже для всего села. В 2006 году построили производство, отремонтировали школу. В 2010 году решили восстановить храм Рождества Христова, позже построили кинотеатр. После этого, по словам Александра Ильтякова, дело пошло. Они построили более 50 километров водопровода, храм, свинокомплексы, комбикормовый завод, элеватор, консервное производство, лыжную базу и ФОК.

— В начале мы выполнили обет перед Богом, который мы дали, построили храм. А потом он нам позволил иметь это всё. Что значит нам позволил? Конечно, мы зарабатывали. Но, если в черепушку никто не добавит мыслей, как это делать правильно, не пропишет тебе путь, у тебя ничего не получится. Это сакральная вещь. Это глубокая мысль. И без Бога ничего не будет, а с Богом есть всё и будет всё.

Часто говорят, что бизнес с родственниками начинать нельзя, иначе раздор неизбежен. Узнали у Александра Ильтякова, как удалось сохранить отношения и бизнес спустя столько лет.

— В 2000 году у нас стали появляться какие-то деньги. И у нас появилось свое мнение, как мы будем развиваться. И в октябре я всех пацанов собрал и сказал: «Пацаны, мы с вами можем много чего хотеть, и мы можем даже поссориться на этой почве. Более того, у нас еще есть и жёны, а потом подрастут дети, и у них у каждого есть тоже свое хотение, и оно, безусловно, будет рождаться дальше. Но вы заметите, всё, что мы делаем и до этого делали, мы с вами каждый праздник, Пасху, Рождество, с молитвой встречаем и постом. И у нас до сих пор получалось, я считаю, благодаря только этому». Я проговорил всё парням. Пока мы вместе, то будем жить. Если разделимся, то умрем, — вспоминает наш собеседник.

Нет, говорит Александр Ильтяков, никаких сожалений о несделанном, неудачи неизбежны, через них человек учится.

— А я считаю так, что Бог дает именно столько, сколько ты можешь унести. А всё остальное — это твои хотелки. Но твой мозг еще к этому не готов, и ты не готов к этому испытанию. Всё по мере взросления твоего и по мере мыслей твоих. Но только не ленись. Не вздумай лениться, поэтому встаешь утром на зарядочку, пробежался. Заставляй себя каждый день трудиться, пахать твой организм, не вздумай жалеть себя. <…> Вот только чуть-чуть ты начнешь сам себе давать поблажки, говорить, что здесь можно отдохнуть, а здесь можно сфальшивить. Ты получишь за всё сполна, горючими слезами будешь рыдать, кровью будешь харкать, — подчеркивает Александр Ильтяков.

Большое интервью Александра Ильтякова 45.RU вы можете прочитать здесь.